8 499 577 04 24
Бесплатная консультация Москва
8 800 511 38 27
Другие регионы РФ

Приговор суда по ч. 4 ст. 111 УК РФ № 1-372/2017 | Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

Смотреть все судебные практики о Приговоры судов по ст. 111 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

1-372-2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 ноября 2017 года Индустриальный районный суд города Перми в составе: председательствующего судьи Перова В.Л., при секретаре Лиморовой М.И., с участием государственного обвинителя Максимовой Н.В., адвоката Касьянова С.Н., подсудимого Шалагинов С.О., его представителя гр.С., потерпевших Потерпевший №1, Потерпевший №2, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

Шалагинова С. О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, гражданина <данные изъяты>, проживающего по <адрес>, <данные изъяты>, не судимого, содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ, преданного суду по части 4 статьи 111 УК РФ, суд, судебным следствием.,

УСТАНОВИЛ:

    ночью ДД.ММ.ГГГГ палатный медицинский брат <данные изъяты> Шалагинов С.О., находясь на своем рабочем месте в <данные изъяты>, расположенном по <адрес>, будучи недовольным тем, что пациент гр.К., на протяжении длительного времени просился в туалет, и, не дождавшись, справил свои естественные надобности в палате, зашел в палату №, где, действуя из внезапно возникших личных неприязненных отношений, умышленно нанес гр.К., удар кулаком в область грудной клетки, отчего последний упал на пол, после чего нанес потерпевшему не менее четырех ударов ногой в область грудной клетки.

    Своими преступными действиями Шалагинов С.О., причинил гр.К., тупую травму грудной клетки с закрытыми переломами восьмого-десятого ребер слева по средней подмышечной линии, осложнившуюся фибринозно-гнойным плевритом слева с гемморагическим компонентом – 850 миллилитров, посттравматической фибринозно-гнойной левосторонней плевропневмонией, фибринозно-гнойным медиастинитинитом с гемморагическим компонентом, альвеолярным отеком и острой эмфиземой легких, дыхательной недостаточностью, отеком головного мозга, острым венозным полнокровием внутренних органов, что квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и от чего потерпевший скончался утром ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

    Подсудимый Шалагинов С.О., вину по предъявленному обвинению не признал, от дачи показаний, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании отказался, воспользовавшись своим Конституционным правом.

    Потерпевший Потерпевший №1, в судебном заседании показал, что погибший гр.К. приходится ему братом. ДД.ММ.ГГГГ ему (Потерпевший №1) позвонила сестра – Потерпевший №2, которая сообщила, что она приходила к брату домой и увидела, что брат избит, плохо себя чувствовал. Брат сказал, что его избили ногами, на что она предложила ему поехать в больницу, но брат отказался. ДД.ММ.ГГГГ они договорились с братом съездить на кладбище, где похоронены еще двое их братьев. При встрече он увидел, что брат поджимал ребра, было видно, что у него что-то болит. Он поинтересовался у брата, что случилось. Брат ему рассказал, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он находился в районе домов <адрес>. Поскольку он был пьян, его забрали в <данные изъяты>», расположенный недалеко от <адрес>, где он находился до ДД.ММ.ГГГГ, и где его побили сотрудники <данные изъяты>, в результате чего у него болели «бока». ДД.ММ.ГГГГ они с сожительницей, братом и сестрой уехали в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ они с сестрой и сожительницей уехали в <данные изъяты>, а брат остался в деревне. ДД.ММ.ГГГГ сестра вновь поехала в <данные изъяты>, а ДД.ММ.ГГГГ он узнал, что брат умер. Когда он ездил в деревню на похороны брата, то общался с соседом – Свидетель №1, от которого узнал, что брат в ходе разговора ему рассказывал, что, находясь в <данные изъяты>, ему захотелось в туалет, и поскольку длительное время не открывали двери, он помочился в угол, за что сотрудники <данные изъяты> его избили. Брат не мог погибнуть от каких либо заболеваний, так как недавно проходил диспансеризацию и на здоровье не жаловался.

    Потерпевшая Потерпевший №2, в судебном заседании показала, что погибший гр.К., приходится ей братом. ДД.ММ.ГГГГ они с братом договаривались встретиться, тот хотел помочь ей прибраться на огороде, но он не пришел. На следующий день она решила сама сходить к брату домой. Тот долго не мог открыть дверь, так как тяжело шел. Когда брат открыл ей дверь, то она заметила, что он очень бледный и держится рукой за бок, плохо передвигался. Она спросила у гр.К., что случилось, на что брат ей рассказал, что ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> его задержали сотрудники полиции, за то, что он находился в состоянии алкогольного опьянения. Его привезли в <данные изъяты> где-то на <адрес>, а там его избил один из работников учреждения, пинал его ногами. На ее просьбу описать человека, избившего его, брат сказал, что тот был крупного телосложения. Она сразу предложила брату поехать в больницу, но тот отказался. После этого она позвонила второму брату Потерпевший №1 и рассказала о случившемся. ДД.ММ.ГГГГ они с братьями договорились съездить на кладбище. При встрече она увидела, что брат до сих пор плохо себя чувствует, ему было тяжело передвигаться. Они с братом вновь стали уговаривать гр.К. обратиться в больницу, но он не соглашался. ДД.ММ.ГГГГ они все вместе уехали в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ они с Потерпевший №1 уехали в <данные изъяты>, а гр.К. остался в деревне. ДД.ММ.ГГГГ она снова приехала в <данные изъяты>, гр.К. находился дома, плохо себя чувствовал. В ночь на ДД.ММ.ГГГГ брат сильно кашлял, а утром примерно в 6 часов, она услышала на кухне звук падения. Она прибежала на кухню и увидела, что брат лежит на полу, на спине. Она помогла ему подняться и лечь на диван, после чего ушла на улицу. Вернувшись, она обнаружила, что брат снова лежит на кухне на полу, после чего она сразу вызвала «скорую помощь». Когда приехала фельдшер, то она еще общалась с братом, а когда приехала «скорая», то они зафиксировали смерть брата. гр.К. был спокойным, не конфликтным человеком, отношения с другими жителями деревни у него были хорошие, поэтому никто его там побить не мог, брат ей также не рассказывал, чтобы его избивал кто-либо еще, кроме сотрудника <данные изъяты>

    Свидетель Свидетель №1, в судебном заседании показал, что он проживает в <адрес>. По соседству с ним в летнее время проживал гр.К., которого он знал с детства, они поддерживали дружеские отношения. В первых числах ДД.ММ.ГГГГ года гр.К. приехал в <данные изъяты>, и он пришел к нему в гости. В ходе разговора гр.К. рассказал ему, что ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ, когда он находился в <данные изъяты>, он был задержан сотрудниками полиции в состоянии алкогольного опьянения, после чего его доставили в <данные изъяты>. Находясь в палате <данные изъяты> он захотел в туалет, а поскольку в палате туалета не было, он сходил в туалет в угол. После этого в палату пришел санитар, и стал пинать его (гр.К.) ногами по телу, за то, что тот сходил в туалет в неположенном месте. гр.К. пояснял, что ударов было много. гр.К. жаловался на сильные боли в области грудной клетки и живота, говорил, что у него болит тело. Рассказывал ли гр.К. о травме еще кому-то, ему не известно. гр.К. был спокойным человеком, конфликтов с кем-либо из жителей деревни у него не было, он не рассказывал, чтобы его избивал кто-либо еще, кроме сотрудника <данные изъяты>.

    Свидетель Свидетель №2, в судебном заседании показала, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на службе по охране общественного порядка. Примерно в послеобеденное время, проходя по <адрес>, возле <адрес>, она увидела лежащего на земле мужчину на вид 55-60 лет, который не шевелился. Подойдя к мужчине, и поняв, что мужчина жив, она попробовала привести мужчину в чувства, на что тот стал говорить что-то невнятное, и она поняла, что мужчина находится в состоянии опьянения. На её вопросы о его данных о личности, месте жительства, наличии у него знакомых и родственников, которым можно сообщить о его местонахождении, мужчина ничего не отвечал. Никаких телесных повреждений на лице мужчины и на его конечностях она не видела, следов крови ни на его одежде, ни на нем самом, ни около него, не было. Мужчина ничего не говорил о том, что его избили. Она позвонила в дежурную часть, где ей сказали вызывать бригаду «скорой помощи», что она и сделала в последующем. Сама она дожидаться приезда «скорой» не стала, так как ей необходимо было провести работу по материалу проверки. Примерно через десять минут, когда она возвращалась обратно, мужчины на месте уже не было. В ходе следствия ей была предъявлена фотография гр.К., который был похож на того мужчину, которого она обнаружила на улице ДД.ММ.ГГГГ. При прослушивании аудиозаписи телефонного разговора сотрудника «скорой помощи» и лица, вызывавшего «скорую помощь», она уверенно пояснила, что это именно тот телефонный разговор, в ходе которого она вызывала «скорую помощь» гр.К.

    Свидетель Свидетель №3, в судебном заседании показала, что она работает фельдшером «скорой помощи», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она находилась на дежурстве с водителем Свидетель №4. ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 34 минуты поступил вызов о том, что на перекрестке улиц <адрес> плохо человеку. По прибытии на место, они обнаружили на тротуаре мужчину, находящегося в состоянии алкогольного опьянения. Она дала мужчине понюхать нашатырный спирт, после чего тот пришел в себя и стал отвечать на ее вопросы. Мужчина представился гр.К., сказал, что ему 62 года. Также гр.К. пояснил, что он распивал спиртные напитки в гостях у друга, после чего пошел домой, как упал, не помнит. Пациент был тщательно осмотрен, телесных повреждений у него не было, в автомобиле скорой помощи, мужчина разделся по пояс, она его осмотрела, прослушала легкие, пропальпировала. Мужчина был контактен, назвал свои данные, сказал, что шел от друга, получение травм отрицал. Переломов ребер у него не было, если бы были переломы, она бы выявила сразу. Такую травму можно выявить при прослушивании легких, при пальпации - выявляются деформации, визуально имеются гематомы, болезненность, также пациент занимает «щадящее положение» то есть бережет травмированную часть тела. Согласно утвержденного маршрута, всех лиц, находящихся в состоянии алкогольного опьянения, они должны доставлять в <данные изъяты> по <адрес>, поэтому гр.К. они доставили именно туда и передали дежурному врачу. По пути следования гр.К. спал, а по приезду сам дошел до отделения. гр.К. ничего не говорил об избиении, не жаловался ни на что, телесных повреждений у него не было. Если бы гр.К. на что-то жаловался или бы у него были телесные повреждения, то его доставили бы в другое медицинское учреждение. С момента их прибытия на место вызова и до момента убытия в <данные изъяты> гр.К. от них никуда не отходил и не падал. ДД.ММ.ГГГГ она была допрошена следователем по факту смерти гр.К., а после этого ей стали звонить какие-то люди и, предлагали встретиться с адвокатом мужчины, которого подозревают в причинении смерти гр.К.. Она отказалась с кем-либо встречаться. Водитель машины Свидетель №4 так же рассказывал что с ним встречались люди от «адвоката» подсудимого.

    Свидетель Свидетель №4, в судебном заседании показал, что до начала ДД.ММ.ГГГГ он работал водителем скорой помощи <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ с 7 часов 30 минут до 19 часов 30 минут он находился на дежурстве совместно с фельдшером Свидетель №3. Примерно в 17 часов им поступил вызов о том, что в районе перекрестка улиц <адрес>, на газоне, лежит мужчина. По прибытии на место они увидели, что на газоне действительно лежит мужчина, на вид старше 50 лет, одежда на котором была грязной. Подойдя к мужчине, Свидетель №3 осмотрела его и сказала, что тот находится в состоянии алкогольного опьянения. Свидетель №3 при помощи нашатырного спирта привела мужчину в чувство, после чего тот сообщил, что живет недалеко, по <адрес>, других данных не сообщал. В его присутствии мужчина не падал, каких-либо видимых телесных повреждений у него не было, на какие-либо боли он не жаловался. После осмотра мужчины, Свидетель №3 также сказала, что никаких телесных повреждений у того не имеется, об этом была сделана запись в карте скорой помощи. Они увезли мужчину в <данные изъяты> по <адрес>, где он помог мужчине пройти в приемное отделение и уложил его там на носилки. После этого они с Свидетель №3 уехали. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил мужчина, который пояснил, что проходит прокурорская проверка по факту доставления ДД.ММ.ГГГГ мужчины в <данные изъяты>, после чего попросил подъехать на место, откуда забирали этого мужчину. Поскольку машины у него нет, они договорились со звонившим мужчиной встретиться возле <данные изъяты> по <адрес>. Когда он пришел на место встречи, то подъехала машина «<данные изъяты>» черного цвета, в которой находились двое ранее не знакомых ему мужчин. Мужчины показали ему удостоверения, но он их не смотрел, поскольку сразу подумал, что это прокурорские работники, раз ему звонили по поводу прокурорской проверки. По прибытии на место, он показал, где находился мужчина, когда они с Свидетель №3 его обнаружили. После этого его опросили в машине и увезли обратно домой. В настоящем судебном заседании он узнает в одном из этих мужчин адвоката подсудимого Шалагинов.

    Свидетель Свидетель №5, в судебном заседании показал, что он работает в должности врача <данные изъяты> в приемном отделении по <адрес> работает согласно графику, в основном по 24 часа, с 8 утра до 8 утра следующего дня. Бывают случаи, что он дежурит по 12 часов. В приемном отделении он дежурит от 7 до 10 раз в месяц. При несении дежурства в приемном отделении в его обязанности входит: прием пациентов, изучение сопроводительной документации, установление личности, объективное обследование, установка диагноза, при необходимости привлечение дополнительных специалистов, госпитализация пациентов при наличии показаний, либо отказ в госпитализации при наличии противопоказаний либо наличия заболевания другого профиля, заполнение медицинской документации, назначение лечения. В ходе следствия ему была предоставлена медицинская карта стационарного больного на пациента гр.К., <данные изъяты> года рождения. Согласно документации, гр.К. был доставлен в приемное отделение в 18 часов 15 минут бригадой скорой медицинской помощи, в связи с тем, что был обнаружен на перекрестке улиц <адрес>. На момент осмотра гр.К. жалоб не высказывал, основанием для его госпитализации послужил приказ № «О госпитализации лиц, находящихся в состоянии опьянения», а также невозможность передвигаться и ориентироваться. При поступлении пациента им были изучены сопроводительные документы, заполненные сотрудниками скорой медицинской помощи. Согласно сопроводительному письму, доставленным пациентом является гр.К., <данные изъяты> года рождения, который лежал на перекрестке улиц <адрес>. На обороте сопроводительного письма был указан поставленный сотрудником скорой помощи диагноз. После изучения документации, он осмотрел пациента. Из объективного осмотра, следует, что анамнез жизни и анамнез заболевания собрать не представилось возможным, в связи с выраженной алкогольной интоксикацией и отсутствием продуктивного контакта. Общее состояние здоровья гр.К. – средней тяжести, удовлетворительного питания, склеры инъецированы, язык сухой, обожжен грязным налетом, изо рта резкий запах алкоголя, кожные покровы физиологической окраски, сухие, грязные, следовательно, кожные покровы были осмотрены полностью, видимых повреждений – гематом, ссадин – на пациенте гр.К. обнаружено не было. Далее был произведен осмотр грудной клетки и головы гр.К.. Согласно осмотра, повреждений грудной клетки и головы обнаружено не было, что и было зафиксировано в медицинской карте. Но пациент в силу опьянения мог и не сообщить о травме. В случае каких-либо повреждений кожных покровов тела, конечностей, лица, волосистой части головы, либо иных травм, все повреждения им были бы описаны и зафиксированы в медицинской карте. Кроме того, в случае обнаружения у гр.К. каких-либо повреждений либо травм, в госпитализации было бы отказано согласно приказам о маршрутизации, и гр.К. был бы перенаправлен в профильные отделения других лечебных учреждений. Каким образом гр.К. был доставлен в приемное отделение бригадой скорой помощи – своими ногами или на носилках – он не видел. В каком положении находился гр.К. на момент осмотра, он не помнит, но согласно зафиксированным записям в медицинской карте гр.К., самостоятельно передвигаться он не мог, из чего он делает вывод, что гр.К. находился в положении лежа на носилках. гр.К. находился в сознании, заторможен, что обусловлено алкогольной инстоксикацией. Ориентировка всех видов была затруднена, контакту труднодоступен, речь не разборчива, невнятна, по состоянию вял, пассивен, сонлив, что также связано с алкогольной интоксикацией. После изучения медицинской документации на всех этапах осмотра, им был поставлен диагноз: острая интоксикация алкоголем, не осложненная, средней степени тяжести. Сопутствующих диагнозов установлено не было. В дальнейшем гр.К. был госпитализирован с помощью медицинского персонала в стационар №, в палату наблюдения №. Больше гр.К. он не осматривал, последующие осмотры и выписку осуществляли врачи стационара Свидетель №6 и Д..

    Свидетель Свидетель №6, в судебном заседании показал, что с 8 часов ДД.ММ.ГГГГ до 8 часов ДД.ММ.ГГГГ он находился на дежурстве, вместе с ним на дежурстве находились медбрат Шалагинов и санитар свидетель №7. В тот день у них на лечении находился пациент гр.К., который поступил к ним в состоянии опьянения средней тяжести, при поступлении осмотрен, повреждений у него не было, был осмотрен, жалоб не предъявлял. Переломы ребер сопровождаются гематомой, ее не было, если бы были выявлены травмы, это бы записали в карту. В течение ночи он неоднократно заходил в палату, где находился гр.К., последний ни на что ему не жаловался. Если бы в палате происходил конфликт, он бы этого не слышал. По специальности он не травматолог, но, по его мнению, если бы у гр.К. были сломаны ребра, ему было трудно одеться. Через некоторое время ему позвонил заместитель главного врача по лечебной части гр.Б. и сказал, что с него необходимо получить объяснение по поводу избиения пациента гр.К. в ночь на ДД.ММ.ГГГГ медбратом Шалагинов. Ни Шалагинов, ни свидетель №7 ему не рассказывали об избиении указанного пациента.

    Свидетель Свидетель №7, в судебном заседании показал, что с ДД.ММ.ГГГГ года он работал санитаром в <данные изъяты>, расположенного по <адрес>. С ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве вместе с Шалагинов и дежурным врачом. Днем пациентов было немного, а вечером свободных коек в палате № уже не было. Дежурство проходило как обычно, практически на каждом дежурстве пациенты шумят, просят покурить, сводить в туалет, выпустить из палаты. Пациенты палаты № закрываются на задвижку с наружной стороны и лишены возможности свободного выхода за пределы палаты. В палате, кроме коек и окна, ничего нет, поэтому пациенты, приходя в сознание, просят сводить их в туалет. В ночь на ДД.ММ.ГГГГ палата № была переполнена. Ночью кто-то из пациентов справил нужду на пол в палате, в связи с чем, зайдя в палату, он и Шалагинов начали на повышенных тонах высказывать свое недовольство этим поступком. Пациент гр.К. также стал высказывать недовольство, проявлять признаки агрессии. В ответ на агрессию гр.К., Шалагинов подошел к нему и «выбросил» руку в сторону гр.К., тот упал, а Шалагинов стал удерживать гр.К. ногами.

В связи с противоречиями в показаниях в судебном заседании были оглашены показания Свидетель №7, в ходе предварительного расследования. Так, по обстоятельствам он пояснил, что когда Шалагинов подошел к гр.К. в палате, то ударил его правой рукой в область груди или головы, он точно не видел, так как стоял за спиной Шалагинов. От удара гр.К. упал. Затем он увидел, как Шалагинов нанес лежащему на полу гр.К. примерно два удара правой ногой в область груди. Он в это время стоял в дверях. После того как Шалагинов нанес гр.К. удары ногой, он (свидетель №7) из палаты вышел, следом за ним вышел и Шалагинов. Под утро он всех лиц, находившихся в палате №, по одному выводил в туалет. гр.К. также выходил в туалет, каких-либо жалоб на здоровье он не высказывал.

Оглашенные показания гр.А., полностью подтвердил в судебном заседании и указал, что ранее он описывал события именно так, как все и происходило. О произошедшем он подробно рассказывал своей маме по телефону.

    Свидетель Свидетель №8, в судебном заседании показала, что ее сын (Свидетель №7), проживающий в <адрес>, подрабатывает в <данные изъяты>. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ года к ней пришли сотрудники полиции, которые интересовались, где находился ее сын. Она сообщила, что сын проживает в <адрес>. После ухода сотрудников она сразу позвонила сыну, который пояснил, что его вызывают к следователю. На следующий день сын позвонил сам и сказал, что был у следователя, который опрашивал его по факту заявления какого-то мужчины, которого якобы избили в <данные изъяты>, где ее сын подрабатывает. Также сын сообщил, что тот мужчина скончался. Она сразу спросила, причастен ли он к этому, на что сын ответил, что является свидетелем. На её просьбу рассказать подробнее о случившемся, сын ответил, что следователь запретил ему разглашать какую-либо информацию. После этого они с сыном неоднократно созванивались, но он ей ничего не рассказывал. В одном из разговоров сын сказал, что ДД.ММ.ГГГГ с ним хотел поговорить адвокат мужчины, которого арестовали за совершение этого преступления.

    Свидетель Свидетель №9, в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в час ночи, он находился на остановке «<адрес>» <адрес>, расположенной на <адрес> хотел ехать домой, но из-за большого количества выпитых спиртных напитков в течение дня, ему стало плохо, поэтому он вызвал «03». Через некоторое время к нему подъехала машина «скорой помощи», и его увезли в <данные изъяты> по <адрес>. В приемном отделении на первом этаже его осмотрел врач – мужчина лет 45-50. Врач стал задавать ему вопросы, на которые он отвечать не хотел, тогда врач ударил его кулаком по лицу, отчего он упал. После этого в помещение зашли два сотрудника <данные изъяты>, один из которых был лысый и крепкого телосложения (Шалагинов), а второй – с темными волосами, худощавого телосложения (свидетель №7). Сотрудники схватили его за руки и отвели в помещение с решеткой, в котором уже находилось 6-8 человек. Минут через 20 один из пациентов – гр.К. – стал проситься в туалет, примерно в течение пяти минут он, стоя возле решетки, кричал «хочу в туалет, сводите в туалет». На эти крики в помещение забежали Шалагинов и свидетель №7. Увидев их, гр.К. от решетки переместился в угол палаты. Шалагинов и свидетель №7 сразу подбежали к гр.К.. Шалагинов тут же нанес гр.К. удар кулаком в лицо, отчего гр.К. упал на пол. После этого, Шалагинов продолжил наносить удары лежащему на полу гр.К. ногой в область груди, нанес примерно 3-4 удара. Все это происходило в углу палаты. После нанесенных ударов гр.К. успокоился и замолчал, а Шалагинов и свидетель №7 из палаты вышли. Минуты через 3-4 гр.К. самостоятельно поднялся с пола. Когда его везли в <данные изъяты>, он спал в машине скорой помощи, по прибытии он самостоятельно прошел в приемное отделение, в это время он уже находился в нормальном состоянии, понимал, что происходит, события ночи помнит хорошо, в том числе, процесс избиения гр.К. медбратом Шалагинов.

Допрошенный в качестве специалиста Л., показал суду, что является сотрудником <данные изъяты>, его трудовой стаж в области судебно - экспертной деятельности составляет примерно двадцать лет. Судом ему предоставлены материалы уголовного дела, а также и выводы независимого заключения доктора Б. Н.М. Времени для подготовки выступления в настоящем судебном заседании было достаточно. Он не согласен с выводами Б. Н.М., и утверждает, что исходя из его практики возникновение пневмонии и плеврита у гр.К., находится в прямой причинной связи с травмой груди пострадавшего. Переломы ребер у погибшего гр.К., объективно могли образоваться в указанный в медицинской экспертизы период. При переломах ребер костная мозоль формируется в процессе заживления, но в рассматриваемом случае такого заживления и не было, поскольку случилось возникновение пневмонии и плеврита, а соответственно осложнение процесса какого либо заживления. Наличие у пациента переломов ребер можно выявить при его осмотре пациента, а частности при пальпации, жалобах больного и рентгеновском исследовании. Бронхиты и плевриты, если они и были ранее у больного, сами по себе не могли вызвать столь тяжелые последствия. Главное, а рассматриваемом случае, это травма груди и дальнейшие в связи с ней осложнения, которые послужили причиной смерти.

Он предполагает, что наличие жидкости в плевральной полости у больного в значительном объеме могло образоваться в течение суток. Эксперт П., в его непосредственном подчинении не находится.

Свидетель защиты Р., показала суду, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на рабочем месте в <данные изъяты>. В её обязанности как медицинской сестры входит, в том числе и прием и осмотр поступающих пациентов, измерение температуры, давления, заведение истории «болезни», сопровождение пациента на этаж. Пациента гр.К. она в настоящее время не помнит. В ночь на ДД.ММ.ГГГГ дежурство было в целом спокойным. Припоминается только один «буйный» пациент, но это был не гр.К.. Палата под номером № находится рядом, в ней во время дежурства было тихо. При выписке утром к ней никто из пациентов с жалобами не обращался. Сотрудника Шалагинова знает примерно пять лет, характеризует его исключительно с положительной стороны. Сотрудника свидетель №7 объективно охарактеризовать не может, так как плохо его знает. В настоящее время она не помнит, кто из докторов осматривал гр.К. при выписке, но в целом, осмотр при выписке пациента не проводится. Она допускает, что во время дежурства отвлекалась в соседний кабинет, «встречала» скорую помощь, посещала туалетную комнату, отвечала на вопросы посетителей, занималась выдачей личных вещей.

На вопрос защитника Касьянова С.Н., она, спустя пол-года, в настоящем судебном заседании, неожиданно вспомнила, что именно ДД.ММ.ГГГГ она не покидала свой рабочий кабинет, не встречала «скорую помощь», не отвечала на вопросы посетителей, так как их не было, не выдавала личных вещей, но все же посещала туалетную комнату в течение трех, четырех минут.

Свидетель защиты Б. Н.М., показал суду, что, ознакомление с результатами судмедэкспертизы, позволило ему сделать вывод о том, что возникновение пневмонии и плеврита у гр.К., не имеют прямой связи с травмой грудной клетки. А утверждение, что переломы рёбер осложнились гнойно-септическим процессом, не только неприемлемо, а скорее могло быть и наоборот, гнойно-септический процесс осложнился патологическими переломами рёбер. По его мнению, не заметить переломы ребер при осмотре пациента невозможно. Эксперт, и это вполне правдиво, не описывает костной мозоли, а за 17 дней после выписки, она несомненно должна была сформироваться, и достаточно хорошо фиксирующая отломки фиброзно-хрящевая костная мозоль в эти сроки переходит в костную. Это обычная динамика консолидации (сращения) рёбер, которые после двух недель уже достаточно фиксированы и хотя бы слабо консолидированы, так как срок полного сращения рёбер у больных даже пожилого возраста составляет 3-4 недели. Вместо описания костной мозоли - описание «выкрашивания» компакты, подвижность отломков. Нет никакой костной мозоли. Остаётся только заключить, что повреждение достаточно свежее, оно могло возникнуть от недавней травмы, от недавнего удара, от проведённого искусственного дыхания при реанимации и так далее, настолько это не похоже на достаточно давнее повреждение. Таким образом, это было довольно свежее повреждение, без нарушения плевры. Были обнаружены кровоизлияния, что опять же говорит о свежем повреждении, а никак не о травме более чем двухнедельной давности. Наличие под пристеночной плеврой фибрина не связано с переломом, никакого намёка на отделённую плеврой от перелома костную мозоль, это абсурд, а сам фибрин является свидетельством именно гнойно-воспалительного процесса, и его локализация не связана с местом перелома. Существует анатомический барьер, что отрицает связь механического повреждения рёбер и гнойно-воспалительного процесса.

В плевральной полости экспертом обнаружена жидкость в объёме 850 милилитров, что не является следствием кровотечения из внутренних органов от их повреждения костными отломками рёбер, а является проявлением воспалительного процесса, когда воспалённые ткани в избытке начинают продуцировать (выделять) серозную жидкость, которая в дальнейшем скапливается на дне плевральной полости. Если бы у больного после перелома рёбер было кровотечение в плевральную полость, так называемый гемоторакс, то у него при таком патогенезе стремительно стала бы нарастать симптоматика дыхательной недостаточности, вплоть до полного отказа больного от двигательного режима, процесс неизбежно привел бы к смерти в ближайшие несколько суток.

Из представленной экспертизы становится очевидным, что гр.К., умер от пневмонии и развившегося сепсиса, о чем свидетельствует наличие гнойно-воспалительного процесса в нескольких органах и морфологическая картина внутренних органов, в частности, морфологические изменения селезёнки со сморщенной капсулой и обильным соскобом вещества - типичная «септическая селезёнка». Однако в описательной части заключения слово сепсис не звучит, делается акцент на гнойно-септический процесс в органах плевральной полости, который почему-то представлен как локальный процесс, вызванный переломом рёбер. Сепсис системное воспалительное заболевание, вызванное попаданием в кровь инфекционного возбудителя, то есть обязательным условием запуска этого процесса должны быть «входные ворота» инфекции, место, откуда возбудитель попал в кровоток человека. «Входные ворота» могут быть представлены хроническими очагами воспаления в любых органах и тканях, это и повреждения кожных покровов, и фурункулы, и бронхит, и пневмония, и заболевания кишечника, и ангина, заболевания других внутренних органов и хронический остеомиелит, а так же ротовая полость, где микробная концентрация максимальна. Список источников септического воспаления может быть продолжен. Вот так выглядит патогенез развития сепсиса. Одни и те же правила действуют как для больничной, так и для внебольничной пневмонии.

Термин посттравматической пневмонии в медицинской практике практически не встречается, а общепринято делить пневмонию на внебольничную, внутрибольничную (нозокомиальную), аспирационную (связанную с заглатыванием пищи в дыхательные пути, что характерно для наркоманов и алкоголиков), и пневмонию при иммунодефиците. Поэтому одним из основных условий возникновения как пневмонии, так и сепсиса является как раз ослабление иммунного статуса человека, немаловажными факторами являются переохлаждение, алкоголизм, наркомания, истощение организма. Все эти факторы присутствовали у больного. Сам же асоциальный образ жизни только усугублял ситуацию.

Сами по себе закрытые переломы нескольких ребер без повреждения внутренних органов костными отломками (плевры и лёгкого) и без нарушения рёберного каркаса не могут привести к смерти больного. Тем не менее, клинически не заметить данное состояние больного очень трудно, у пострадавшего наряду с вынужденным положением возникают боли в грудной клетке, и они в первое время очень выражены, а в дальнейшем продолжают достаточно долгое время (7-10 дней и более) беспокоить больного. Это служит причиной обращения пострадавшего в медицинские учреждения, и если бы это событие было, то клиническая манифестация повреждения должна была развиваться именно по этому сценарию. Если же у больного оказался бы пневмо- или гемоторакс, то это привело бы к экстренной госпитализации больного в ближайшие сроки после выписки, настолько выраженной была бы клиника подобных повреждений. Никаких подобных явлений не происходило.

Постановка диагноза у умершего ввиду его асоциального образа жизни была крайне затруднена, и отличалась полным отсутствием клинической картины, кроме наличия жалоб у больного на боли в грудной клетке, что известно со слов родственников. Каких либо мер при этом больной не предпринимал, считая их малозначимыми. Нет никаких данных о начале самого заболевания, когда больной стал температурить (при наличии гнойно-септического процесса при сохранном иммунном ответе температура - неотъемлемая часть). Неизвестно, когда он сменил свой двигательный режим на постельный, принимал ли при жизни какие-либо препараты, алкоголь. Нет никаких лабораторных и инструментальных данных при жизни, так как за 16 дней после выписки из наркологического диспансера обращений в лечебные учреждения не было. Более того, при вскрытии трупа не выполнено ни одного посева на микрофлору, не бралась на исследование кровь, маркёры гепатитов, ВИЧ. Все эти исследования принесли бы много достоверной информации. На его взгляд, судебно-медицинская экспертиза - это довольно «чёткая» наука, и такие вещи, как давность переломов рёбер, выявить не трудно, путем тщательного осмотра и гистологического исследования. В экспертизе приведены лишь примерные сроки, а сами данные вскрытия неверно интерпретированы. Самоуничтожающее поведение больного отрезало все пути для оказания ему своевременной помощи.

При вскрытии больного можно было бы указать много и других причин смерти, связанных с состоянием внутренних органов. Описание поджелудочной железы соответствует фиброзно-склеротическому варианту хронического панкреатита. Почему-то дистрофические изменения в сердечной мышце также не расцениваются как причина остановки сердца, хотя просвет коронарных сосудов сужен до одной трети. Какая связь образования полости по внутренней поверхности лёгкого и предполагаемого наружного повреждения его ребром, чего на вскрытии не было выявлено? А вот очевидные причины: наличие хронического бронхита, пневмнонии у больного, следы перенесённого плеврита справа (по данным вскрытия лёгкое справа спаяно с грудной клеткой), постоянное переохлаждение больного в тяжёлой степени опьянения, его не раз находили лежащим на каком-либо боку грудной клетки, на бордюрах. В таком положении его подобрали и работники скорой помощи. Столько очевидных причин для появления распространённого гнойно-септического процесса настолько отодвигают нас от такого фактора, как переломы рёбер, что рассматривать их как причину крайне неправильно. Таким образом, он считает, что переломы рёбер у больного гр.К. не являются причиной его гибели и не произошли в сроки за 17 дней до его смерти.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля защиты Свидетель №12, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте и взял газету <данные изъяты>, в которой увидел объявление, где говорилось, что ищут очевидцев событий ДД.ММ.ГГГГ, когда подъезжала скорая помощь к мужчине к перекрестку улиц <адрес>, где был указан мобильный телефон. Вечером ДД.ММ.ГГГГ он позвонил по указанному в газете номеру и пояснил, что видел сотрудников скорой медицинской помощи, которые забирали мужчину. ДД.ММ.ГГГГ к нему на работу подъехал мужчина, который представился адвокатом по имени С. и стал у него спрашивать, что он видел. Он рассказал адвокату, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17-18 часов он находился на улице возле магазина <данные изъяты> по <адрес>. С ним находились девушки, которые периодически заходят к ним в бар, но их данных он не знает, видел только на лицо. В это время подъехала бригада скорой медицинской помощи. Он подошел и увидел, что на тротуаре возле киоска «Овощи-фрукты» по <адрес> лежит мужчина, на вид 50-60 лет, в котором он узнал мужчину, который неоднократно заходил в магазин «<данные изъяты>» в аптеку. Чаще всего он этого мужчину видел зимой, но когда он его увидел на тротуаре, он его узнал. Примерно в 15-15:30 часов он увидел этого мужчину через дорогу, мужчина пытался перейти от остановочного комплекса «<данные изъяты>» через трамвайные пути. Мужчина сильно шатался, поэтому он понял, что мужчина сильно пьян. Пройдя несколько метров мужчина упал перед трамвайными путями из положения стоя, вперед себя. Он уже на тот момент понял, что это тот мужчина, которого он ранее видел в аптеке. После этого он за мужчиной не наблюдал, и что с ним происходило, он не видел. Только когда приехала бригада скорой помощи, он опять подошел к мужчине. Рядом с сотрудниками скорой помощи было несколько прохожих, как мужчины, так и женщины. Когда он подошел, то увидел, что один из Шалагинов скорой помощи, которых было два или три человека, а именно, мужчина, пытался его поднять, после чего ему стало не интересно, и он ушел.

    Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля защиты М., следует, что она работает в должности заведующего отделением <данные изъяты>. Об избиении в ночь на ДД.ММ.ГГГГ пациента гр.К. в палате № медбратом Шалагинов, ей ничего не было известно до приезда сотрудника полиции, который выяснял по журналам кто из пациентов находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ и был ли на лечении пациент гр.К.. Посмотрев журналы она сообщила, что на лечении в их отделении находился пациент по фамилии гр,К., а не гр.К.. Примерно через неделю после этого, ей позвонила дежурный врач В., которая сказала, что прибыли сотрудники полиции, которые пытаются проникнуть в отделение, интересуются фактом нахождения на лечении пациента гр.К.. Она разрешила проводить сотрудникам полиции необходимые им действия. На следующий день примерно в 12 часов сотрудники полиции пришли снова и забрали с дежурства санитара свидетель №7. Вернулся свидетель №7 примерно в 19 часов. От врача В. ей стало известно, что в тот же день со смены сотрудники полиции забрали и Шалагинов. Позже, в ходе разговора с свидетель №7, последний ей рассказал, что действительно пациент гр.К. находился под его наблюдением с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ. Ночью гр.К. попросился в туалет, но так как был большой поток пациентов, подошли к гр.К. не сразу, а спустя 5-7 минут. Когда они с Шалагинов подошли к палате, гр.К. начал с ними конфликтовать, выражался нецензурной бранью, требовал похода в туалет, а затем, сняв штаны, помочился на пол в палате. Шалагинов и свидетель №7 зашли в палату, где гр.К. продолжил с ними конфликтовать, поэтому Шалагинов рукой отстранил гр.К. от себя, гр.К. сел на пол. Далее свидетель №7 сказал, что отвлекся на других больных, в связи с чем, не видел, что происходило дальше. Дежурным врачом с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ был Свидетель №6

    Вина подсудимого подтверждается и исследованными материалами уголовного дела:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в СО по <адрес> СУ СК РФ по Пермскому краю из <данные изъяты> поступил материал проверки по факту смерти гр.К., у которого при проведении судебно-медицинской экспертизы обнаружены телесные повреждения в виде переломов ребер, которые возможно причинены неустановленными Шалагинов полиции на территории <адрес> и находятся в прямой связи с наступлением смерти гр.К.;

- рапортом об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> поступил материал проверки по факту смерти гр.К. в <адрес>;

- рапортом от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому сотрудниками <данные изъяты> при вскрытии трупа гр.К. обнаружен перелом ребер с 8 по 10 слева;

- справкой <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой при исследовании трупа гр.К. обнаружены телесные повреждения: закрытые переломы восьмого-десятого ребер слева с кровоизлиянием под пристеночной плеврой, гидроторакс слева, плевропнемония слева;

- сообщением <данные изъяты> том, что гр.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находился на лечении в <данные изъяты>, отделение №, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: острая интоксикация, вызванная употреблением алкоголя;

- справкой <данные изъяты>, согласно которой гр.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на стационарном лечении в <данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не находился;

- сообщением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в базе данных вызовов <данные изъяты> за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано одно обращение за медицинской помощью гр,К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения: ДД.ММ.ГГГГ, вызов №, принят в 16:34 от прохожей на адрес: <адрес>, у светофора;

- справкой <данные изъяты> о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 16:34 поступил вызов о том, что на углу улиц <адрес>, у светофора, плохо человеку;

- справкой о/у по <данные изъяты>, согласно которой при выезде в <данные изъяты> по <адрес> установлено, что гр.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был доставлен в отделение № палату ДД.ММ.ГГГГ в 18:15, находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дежурными были: медбрат Шалагинов С.О. и санитар Свидетель №7 Кроме того, установлены лица, находившиеся в этот же период в палате № с гр.К.;

- справкой о/у по <данные изъяты>, согласно которой гр.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками полиции в ОП № не доставлялся, к административной ответственности не привлекался;

- расстановкой нарядов роты № полка <данные изъяты>, согласно которой вечером на перекресте улиц <адрес> наряды сотрудников полиции не выставлялись;

- справкой о том, что гр.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, доставлялся в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в 18:15 часов, убыл в 08:40 часов ДД.ММ.ГГГГ;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, согласно которому осмотрено помещение отделения <данные изъяты> по адресу: <адрес>, зафиксирована обстановка в помещении;

- протоколом проверки показаний свидетеля Свидетель №9 на месте от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей и видеозаписью, согласно которому Свидетель №9 предложил проследовать в помещение <данные изъяты>, в отделение неотложной помощи №, где рассказал об обстоятельствах избиения гр.К., пояснив, что в ночь на ДД.ММ.ГГГГ он находился в палате №, сидел на кровати, расположенной первой слева от входной двери. В это время гр.К. стал проситься в туалет, но ему никто не открывал двери. Через некоторое время в палату забежали двое санитаров, один из которых - Шалагинов С.О. – ударил гр.К., от удара гр.К. упал на пол. Когда гр.К. лежал на полу, Шалагинов нанес ему еще 3-4 удара ногой в область грудной клетки;

- протоколом проверки показаний свидетеля Свидетель №7 на месте от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей и видеозаписью, согласно которому Свидетель №7 предложил проследовать в помещение <данные изъяты>, в отделение неотложной помощи №, где рассказал об обстоятельствах избиения медбратом Шалагинов С.О. гр.К., пояснив, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на работе вместе с Шалагинов С.О. В период времени с 22 часов ДД.ММ.ГГГГ до 2 часов ДД.ММ.ГГГГ гр.К. помочился прямо в палате. Услышав это, они с Шалагинов зашли в палату. гр.К., увидев их, стал отходить назад к входной двери. Они стали разговаривать с гр.К. на повышенных тонах, после чего Шалагинов подошел к гр.К. и нанес ему один удар рукой в область грудной клетки, отчего последний упал. Далее он увидел, как Шалагинов подошел к лежащему на полу гр.К. и нанес ему примерно два удара ногой в область грудной клетки. В какую именно область грудной клетки Шалагинов наносил удары ногой гр.К., он точно сказать не может, так как сильно не вглядывался, кроме того, Шалагинов крупного телосложения. После чего, свидетель №7 показал, как Шалагинов наносил удары гр.К.. После нанесения Шалагинов гр.К. ударов, он и Шалагинов из палаты вышли;

- протоколом освидетельствования свидетеля Свидетель №7, согласно которому в ходе осмотра видимых телесных повреждений не выявлено жалоб на состояние здоровья не предъявлено;

- протоколом очной ставки между свидетелем Свидетель №9 и обвиняемым Шалагинов С.О., из которого следует, что С. подтвердил показания, данные им в качестве свидетеля, Шалагинов С.О. от дачи показаний отказался;

- протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрен DVD диск с аудиозаписью вызова бригады скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ в 16:34, на диске имеется фонограмма разговора между Свидетель №2 и диспетчером скорой медицинской помощи, в результате прослушивания фонограммы составлена стенограмма разговора; также осмотрены DVD диски с аудиозаписями разговоров между Свидетель №7 и Свидетель №8, в результате прослушивания фонограмм составлены стенограммы разговоров;

протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрен DVD диск с аудиозаписью вызова бригады скорой помощи ДД.ММ.ГГГГ в 16:34, на диске имеется фонограмма разговора между Свидетель №2 и диспетчером скорой медицинской помощи, в результате прослушивания фонограммы составлена стенограмма разговора;

протоколом осмотра DVD диска с аудиозаписями разговоров между Свидетель №7 и Свидетель №8, в результате прослушивания фонограмм составлены стенограммы разговоров.

Так, из стенограммы разговора от ДД.ММ.ГГГГ в 20:06 следует, что в ходе разговора свидетель №7, используя нецензурную брань, сообщил свидетель №7 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в его присутствии медбрат ударил одного из пациентов, по его мнению, в область печени, за то, что тот помочился в палате. Впоследствии мужчина скончался.

Из стенограммы разговора от ДД.ММ.ГГГГ в 20:31 следует, что свидетель №7 сообщил свидетель №7 о том, что он боится давать показания против медбрата, на что свидетель №7 просит его ничего не скрывать, и рассказывать все как было;

Из стенограммы разговора от ДД.ММ.ГГГГ в 09:27 следует, что свидетель №7 сообщает свидетель №7, что адвокат С. (Шалагинов) хочет с ним встретиться;

- заключением эксперта № согласно выводов которой, смерть гр.К., наступила от тупой травмы грудной клетки с закрытыми переломами восьмого-десятого ребер слева, осложнившейся фибринозно-гнойным плевритом слева с гемморагическим компонентом – 850 миллилитров, посттравматической фибринозно-гнойной левосторонней плевропневмонией, фибринозно-гнойным медиастинитинитом с гемморагическим компонентом, альвеолярным отеком и острой эмфиземой легких, дыхательной недостаточностью, отеком головного мозга, острым венозным полнокровием внутренних органов. Закрытые переломы восьмого-десятого ребер слева, судя по их морфологическим свойствам, имеют признаки прижизненности, образовались за период времени более двух недель до смерти от не менее одного ударно-травматического воздействия поверхности твердого тупого предмета в область грудной клетки слева;

- заключением судебно-гистологической экспертизы №, согласно которой установлен диагноз: фибринозно-гнойный плеврит (пристеночная плевра из области перелома 9 ребра слева) с гемморагическим компонентом; фибринозно-гнойная левосторонняя плевропневмония; фибринозно-гнойный медиастинит (переднее средостенение) с гемморагическим компонентом; с явлениями организации, давностью образования не менее 6-8 суток. Альвеолярный отек легких с мелкоочаговыми интраальвеолярными кровоизлияниями. Отек головного мозга и мягкой мозговой оболочки. Острое венозное полнокровие внутренних органов;

- заключением судебно-химической экспертизы №, согласно выводам которой при судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа гр.К., в крови и моче не обнаружены метиловый, этиловый, пропиловые, бутиловые спирты;

        - заключением эксперта №- (дополнительная по медицинским документам), согласно выводам которой, установленная у гр.К., тупая травма грудной клетки с закрытыми переломами восьмого-десятого ребер слева с грязно-красноватым кровоизлиянием под пристеночной плеврой в проекции шестого - двенадцатого ребер слева от передней подмышечной до лопаточной линии на участке 22x19 сантиметров, толщиной до 0,2 сантиметра с обильными сероватыми рыхлыми наложениями фибрина, судя по морфологическим свойствам повреждений, имеет признаки прижизненности.

        Тупая травма грудной клетки слева, судя по морфологическим свойствам повреждений, причинена за период времени более двух недель до смерти от не менее одного ударно- травматического воздействия поверхности твердого тупого предмета в область грудной клети слева, возможно, в срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, указанных Свидетель №9, и Свидетель №7, - при ударе ногой в область грудной клетки слева, осложнилась гнойно-септическим процессом в органах плевральной полости, оценивается в совокупности, квалифицируется как повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью по критерию опасности для жизни.

        Гнойно-септический процесс в органах плевральной полости слева (фибринозно-гнойный плеврит с геморрагическим компонентом; фибринозно-гнойная левосторонняя плевропневмония; фибринозно-гнойный медиастинит с геморрагическим компонентом с явлениями организации) является осложнением вышеописанной тупой травмы грудной клетки слева (последовательной цепью взаимно отягощающих друг друга патологических состояний), в конечном итоге, повлекшим за собой смерть гр.К., находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

        Принимая во внимание наличие обширного кровоизлияния под пристеночной плеврой в области переломов восьмого-десятого ребер слева, близкое взаиморасположение между легочной плеврой и пристеночной плеврой в области переломов ребер, более вероятно, полученная травма грудной клетки слева сопровождалась ушибом левого легкого, однако, в связи с достаточно длительным сроком между получением травмы и временем наступления смерти потерпевшего, а также выраженностью воспалительных изменений в органах плевральной полости (обширные наложения фибрина на легочной и пристеночной плевре, в средостении, фибринозно-гнойный выпот в плевральной полости слева), достоверно установить наличие у гр.К., ушиба левого легкого в момент причинения повреждений в настоящее время не представляется возможным.

        Таким образом, эксперт пришел к выводу, что смерть потерпевшего наступила от тупой травмы грудной клетки с закрытыми переломами восьмого-десятого ребер слева грязно-красноватым кровоизлиянием под пристеночной плеврой в проекции шестого - двенадцатого ребер слева, осложнившейся фибринозно-гнойным плевритом слева с геморрагическим компонентом - 850 миллилитров, посттравматической фибринозно-гнойной левосторонней плевропневмонией, фибринозно-гнойным медиастинитинитом с геморрагическим компонентом, альвеолярным отеком и острой эмфиземой легких, дыхательной недостаточностью, отеком головного мозга, острым венозным полнокровием внутренних органов, что подтверждается патоморфологической картиной, установленной на вскрытии, данными гистологического исследования.

Смотреть все судебные практики о Приговоры судов по ст. 111 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

После причинения этих телесных повреждений, гр.К., мог совершать активные самостоятельные действия (разговаривать, передвигаться и т.п.) в полном, постепенно уменьшающемся объеме в течение достаточно длительного времени, с учетом постепенно нарастающих явлений интоксикации в организме вследствие развившихся осложнений.

Кроме того, при исследовании трупа установлены осаднения в подлопаточной области cпpaва, в подгрудной области справа, в межлопаточной области слева. Все эти повреждения, судя по морфологическим свойствам, имеют признаки прижизненности, образовались незадолго до смерти либо в агональном периоде от плотноскользящих соударений (не менее четырех) с поверхностями твердых тупых предметов, что могло иметь место как при ударах твердыми тупыми предметами, так и при падении (падениях) гр.К., из положения стоя, либо близкого к таковому областью спины на плоскость (либо выступающие поверхности твердых тупых предметов, в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не находятся, оцениваются в совокупности, у живых лиц, как правило, квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

Других телесных повреждений, кроме застарелых культей третьего-пятого пальцев обеих кистей, хирургического рубца в подвздошной области слева, при исследовании трупа не установлено.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о падениях гр.К., на бордюр, на лестничный марш и другое, в представленных на дополнительную экспертизу материалах дела, не содержится.

Давность наступления смерти, судя по ранним трупным явлениям, может составлять период времени около одних суток до времени вскрытия трупа;

- копией медицинской карты стационарного больного гр,К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- копией журнала приема больных в <данные изъяты>;

- медицинской картой стационарного больного Свидетель №9;

- копий карты вызова скорой медицинской помощи;

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена местность у светофора перекрестка улиц <адрес> <адрес>, с фототаблицей;

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен журнал передачи смен <данные изъяты> №. В ходе осмотра установлено, что на странице журнала с датой ДД.ММ.ГГГГ имеются исправления, сутки – Шалагинов С.О., в колонке палаты № под номером 5 в числе поступивших указаны фамилия гр,К., под номером № Свидетель №9 и другие пациенты, всего <данные изъяты> человек, в колонке «поступившие» в палату № под номером № указан гр,К., время 21:30. Сутки сдал Шалагинов С.О., подпись. При осмотре страницы ДД.ММ.ГГГГ в указанной дате имеются исправления, установлено: в графе «выписаны» под номером 6 указана фамилия гр,К., где также имеются следы корректора, время выписки указано 09:10, в графе «состояние» имеется прочерк и поверх написана цифра 1, в этой же графе под номером 8 указана фамилия Свидетель №9, время выписки 08:40. Иных записей с указанными фамилиями в журнале не обнаружено;

- справкой-характеристикой <данные изъяты> на гр.К.

Перечисленные доказательства, представленные стороной обвинения соответствуют требованиям, статей 73 и 74 УПК РФ.

В связи с чем, достаточных оснований для признания их недопустимыми, а как следствие и исключении из перечня доказательств не имеется, о чем судом ранее высказывалось суждение при разрешении ходатайств стороны защиты.

Пользуясь правом, предоставленным процессуальным законом, защитой представлены следующие доказательства:

- независимое заключение врача травматолога, эксперта Пермского Ф. Б. Н.М., по поводу результатов вскрытия трупа гр.К.,

- заключение специалиста психиатра-нарколога А., о состоянии свидетеля Свидетель №9, при доставлении и нахождении его в наркологический диспансер;

- детализация предоставленных услуг оператора мобильной связи «<данные изъяты>» абоненту гр.С.

Анализируя совокупность исследованных доказательств, суд, считает, что вина подсудимого в судебном заседании нашла свое подтверждение, указанное подтверждается приведенными выше показаниями потерпевшей и свидетелей, а также исследованными документами дела.

Так, судебным следствием достоверно установлено, что при поступлении гр.К., в <данные изъяты>, каких либо травм в области груди у него не было.

Указанное подтверждается и показаниями свидетеля Свидетель №2, которая, днем ДД.ММ.ГГГГ обнаружила мужчину, лежащего на газоне, его ноги свисали на тротуар. Рядом никаких выступающих предметов не было. Эти показания подтверждаются и протоколом осмотра места происшествия.

Свидетель Свидетель №3, показала в суде, что гр.К. был тщательно осмотрен, телесных повреждений у него не было, в автомобиле скорой помощи, мужчина разделся по пояс, она его осмотрела, прослушала легкие, пропальпировала. Переломов ребер у него не было, если бы они были, она выявила это сразу.

Свидетель Свидетель №4 водитель скорой помощи подтвердил показания Свидетель №3, также пояснял, что мужчина лежал на газоне, Свидетель №3 оказала ему помощь, он помогал мужчине дойти до машины, а также в отделение наркологии, и мужчина нигде не падал.

Свидетель Свидетель №5 пояснил в суде, каким образом проводится первичный осмотр поступивших пациентов, Пациента гр.К. он не помнит, однако согласно медицинской карте на имя гр.К. последний поступил в отделение в 18.15 часов с диагнозом острая интоксикация алкогольная, неосложненная, средней тяжести. При осмотре травмы выявлены не были.

Свидетель Свидетель №6 пояснял, что гр.К. поступил пьяным, находился в палате № для вытрезвления, при поступлении осмотрен, повреждений у него не было, был осмотрен, жалоб не предъявлял. Также пояснил, что переломы ребер сопровождаются гематомой, ее не было, если бы были выявлены травмы, это бы записали в карту.

Потерпевшая Потерпевший №2 характеризует погибшего брата с положительной стороны. ДД.ММ.ГГГГ при встрече брат рассказал, что накануне его привезли в <данные изъяты>. Также рассказал, что его хорошо попинали в учреждении, сказал, что в больницу не пойдет, отлежится. Далее брату становилось все тяжелее и тяжелее. Ей никто не говорил, чтобы брата били в <адрес>, отношения с жителями у него нормальные, уверена, что избить брата в деревне никто не мог.

Свидетель Свидетель №1 пояснил суду, что погибший рассказывал об избиении его Шалагинов в <данные изъяты>. Также пояснил, что у гр.К. со всеми жителями деревни нормальные отношения, избить его тут никто не мог.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что тупая травма грудной клетки слева причинена за период времени более двух недель до смерти, возможно в срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что получить указанную травму в период после выписки из <данные изъяты> гр.К. не мог.

Объективно же установлено, что сотрудник медицинского учреждения Шалагинов С.О., действуя из внезапно возникших личных неприязненных отношений умышленно нанес гр.К. удар кулаком в область грудной клетки, отчего потерпевший упал на пол, после чего нанес потерпевшему не менее четырех ударов ногой в область грудной клетки. Своими преступными действиями причинил тупую травму грудной клетки с закрытыми переломами 8-10 ребер слева по средней подмышечной линии.

Так, свидетель свидетель №7 показал суду, что когда он и Шалагинов зашли в палату, где в это время находился гр.К., Шалагинов подошел к гр.К. и ударил его правой рукой в область груди или головы. От удара гр.К. упал. Затем он увидел, как Шалагинов нанес лежащему на полу гр.К. примерно два удара правой ногой в область груди. Он в это время стоял в дверях. С участием свидетель №7 было проведено следственное действие - проверка показаний на месте, где свидетель №7 давал аналогичные показания и подтвердил их в ходе судебного следствия, видео запись просмотрена в судебном заседании.

Также исследовалась стенограмма разговора свидетель №7 с матерью свидетель №7, из содержания данной стенограммы следует, что свидетели ведут разговор о произошедшем ДД.ММ.ГГГГ свидетель №7 рассказывает о том, что ДД.ММ.ГГГГ он с медбратом зашли в камеру к <данные изъяты> и он, то есть медбрат одного избил. О том, что разговоры прослушиваются свидетели не знали, соответственно говорят о тех событиях, которые имели место в действительности. Свидетель свидетель №7 пояснила в суде, что действительно разговаривала с сыном по телефону о событиях ДД.ММ.ГГГГ.

Одновременно с гр.К., в палате в эту ночь находился и свидетель Свидетель №9. В ходе судебного следствия он пояснил, что гр.К., попросился в туалет, кричал примерно пять минут. В помещение забежали два санитара, один из них нанес мужчине удар кулаком в грудь, мужчина упал на пол, санитар продолжил наносить удары последнему в грудь ногой, после этого санитары ушли из помещения. Удары мужчине наносил Шалагинов, рядом с ним находился свидетель №7. Указанные показания Свидетель №9 подтвердил в ходе очной ставки с Шалагинов и при проведении проверки показаний на месте.

Вопреки доводам защиты, суд не находит каких либо существенных противоречий в показаниях названных свидетелей, которые непосредственно находились на месте совершения преступления, как не находит таких противоречий и при проверке показаний на месте, что фиксировалось на видеокамеру.

В целом оба свидетеля последовательно сообщают об обстоятельствах происшествия в палате диспансера. Некоторые различия в показаниях свидетелей относительно локализации нанесения ударов Шалагинов гр.К., точного места нахождения подсудимого и потерпевшего в палате, суд расценивает индивидуальными особенностями и возможностями каждого человека воспринимать одни и те же события, запоминать их и впоследствии давать им оценку.

Таким образом, установлен факт возникшей личной неприязни Шалагинов С.О., к гр.К., указанное, следует и из предъявленного подсудимому обвинения. Это подтверждается показаниями потерпевших Потерпевший №2, гр.К., свидетелей Свидетель №1, свидетель №7, Свидетель №9, записью в карте стационарного больного гр.К.. Данные показания и материалы дела подтверждают факт избиения гр.К. из-за того, что последний справил нужду в палате, где он находился.

Согласно двух заключений СМЭ на трупе гр.К. обнаружены телесные повреждения в области грудной клетки слева - тупая травма с закрытыми переломами восьмого-десятого ребер слева, указанная травма имеет признаки прижизненности и осложнилась гнойно-септическим процессом в органах плевральной полости, а поэтому, квалифицируется как повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью. Гнойно-септический процесс является осложнением тупой травмы грудной клетки, в конечном итоге, повлекшим за собой смерть гр.К. и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Также судом учитывается, что Шалагинов С.О., нанес несколько ударов руками и ногами в жизненно-важную часть тела потерпевшего - грудь, что свидетельствует об умысле на причинение вреда здоровью, который согласно заключению судебно-медицинской экспертизы является тяжким. От полученных повреждений и осложнений, вызванных травмой, пострадавший гр.К., скончался ДД.ММ.ГГГГ.

Защитой суду представлены доказательства, которые, по их мнению, опровергают вывод о причастности Шалагинов С.О., к совершенному преступлению. А именно: независимое заключение врача травматолога, эксперта Пермского Ф. Б. Н.М., по поводу результатов вскрытия трупа гр.К., из которого следует, что переломы рёбер у больного гр.К. не являются причиной его гибели и не произошли в сроки за 17 дней до его смерти и заключение специалиста психиатра-нарколога А., о состоянии свидетеля Свидетель №9, при доставлении и нахождении его в наркологический диспансер, где фактически делается вывод о том, Свидетель №9, не мог, в силу своего состояния объективно оценивать окружающую обстановку, а как следствие его показания не могу быть положены в основу обвинения.

Вместе с тем, судом констатируется, что согласно части 2 статьи 58 УПК РФ вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяется статьями 168 и 270 настоящего Кодекса.

Доктор медицинских наук Б. Н.М., кандидат медицинских наук А., к участию в процессуальных действиях в качестве специалистов для дачи заключений не привлекались.

Кроме этого, круг полномочий специалиста закреплен в части 1 статьи 58 УПК РФ, согласно которой, специалист привлекается к участию в процессуальных действиях для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Следовательно, специалист допускается к участию в процессуальных действиях для решения лишь общих проблем.

Представленные же стороной защиты заключение специалиста Б. Н.М., по вопросам, относящимся к компетенции эксперта (о причине смерти гр.К.,), заключение специалиста А., относительно состояния здоровья свидетеля Свидетель №9, (у автора указана фамилия С.) основанные, причем не на медицинских документах, а исключительно на «исследовании» текста заключения эксперта, «исследовании» копии медицинской карты Свидетель №9, как не отвечающие предъявляемым к заключению требованиям, и, по существу содержащее критическую оценку выводам эксперта (заключение Б. Н.М.) является их частным мнением, которое, в силу статьи 74 УПК РФ, ни доказательством в уголовном деле, ни основанием для назначения комплексной судебно-медицинской экспертизы, а также «ревизии» показаний свидетеля Свидетель №9, служить не может.

Представленная защитой детализация имеющихся услуг оператора мобильной связи «<данные изъяты>» абоненту гр.С., по мнению суда, никакой смысловой нагрузки не имеет, а поэтому, в качестве какого-либо доказательства вообще, использоваться не может.

К приведенным в приговоре показаниям свидетелей защиты Свидетель №12 и Р., суд относится критически, поскольку они очевидцами преступления не являлись.

Оглашенные показания свидетеля Свидетель №12, по мнению суда, не опровергают вывод следствия и суда о том, что до поступления в <данные изъяты> потерпевший потерпевший №1, каких либо телесных повреждений, а тем более переломов ребер не имел.

Исходя из вышеизложенного, судом установлено, что между преступными действиями подсудимого и наступившими для потерпевшего последствиями имеется прямая причинная связь, а мотивом совершения преступления явились сложившие личные неприязненные отношения между подсудимым и потерпевшим, что позволяет суду квалифицировать действия Шалагинов С.О., по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации как «умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего».

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, определяемого категорией особо тяжкого и данные о личности виновного, который ранее не судим, <данные изъяты>.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает <данные изъяты>.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Оценивая все обстоятельства дела, принимая во внимание данные о личности виновного в целом, учитывая наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд считает, что наказание Шалагинов С.О., следует назначить в виде лишение свободы на продолжительный срок, поскольку менее строгий вид наказания не будет в должной мере способствовать достижению цели исправления виновного лица.

Дополнительного наказания суд не назначает, учитывая достаточность основного наказания.

С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ.

Потерпевшей Потерпевший №2, заявлены гражданские иски о возмещении морального вреда и материального ущерба.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Определяя степень нравственных и физических страданий потерпевшей суд учитывает конкретные обстоятельства совершенного преступления, степень вины Шалагинов С.О., требования разумности и справедливости, материальное положение подсудимого, а также наступившие неотвратимые последствия. В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что потерпевшей Потерпевший №2, подлежит возмещение морального вреда в размере 300 000 рублей.

В силу требований статьи 1064 ГК РФ гражданский иск потерпевшей Потерпевший №2, о возмещении материального ущерба, понесенного потерпевшей в связи с затратами на погребение гр.К., подлежит удовлетворению на основании представленных в суд документов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 296-299, 307-309 УПК РФ, суд,

ПРИГОВОРИЛ

признать Шалагинова С. О. виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить наказание в виде лишение свободы сроком на 10 (десять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок наказания с ДД.ММ.ГГГГ, зачесть в срок отбытия наказания период содержания Шалагинов С.О., под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Меру пресечения Шалагинов С.О., до вступления приговора в законную силу оставить прежней - заключение под стражу.

Взыскать с Шалагинова С. О. в сет возмещения морального вреда в пользу Потерпевший №2 300 000 рублей, в счет возмещения материального ущерба 29 000 рублей.

Вещественные доказательства: оптические носители с записью разговоров Свидетель №2 с диспетчером скорой медицинской помощи и записью разговоров Свидетель №7 с Свидетель №8 – хранить при уголовном деле, медицинский костюм, сланцы и перчатки – уничтожить, журнал сдачи смен <данные изъяты> – вернуть в <данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд города Перми в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента вручения копии приговора. В случае подачи жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья В.Л. Перов

Юридическая консультация при поддержке МинЮст России бесплатно!
Юридическая консультация при поддержке МинЮст России бесплатно! Консультация по уголовным делам Акция в январе! 2000 рублей бесплатно
Схема работы
  • 01

    Бесплатная консультация

  • 02

    Заключение договора

  • 03

    Представительство в суде

  • 04

    Победное решение

Бесплатная юридическая консультация
+7
Задать вопрос Юрист перезвонит в течение 5 минут
Нажимая кнопку «Задать вопрос», вы принимаете условия
политики обработки персональных данных.

Заявка успешно отправлена!

В ближайшее время с вами свяжется наш юрист и проконсультирует вас.