8 499 577 04 24
Бесплатная консультация Москва
8 800 511 38 27
Другие регионы РФ

Приговор суда по ч. 3 ст. 111 УК РФ № 1-401/2017 | Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

Смотреть все судебные практики о Приговоры судов по ст. 111 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

Дело №1-401/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Омск 30 ноября 2017 года

Первомайский районный суд г. Омска в составе

председательствующего судьи Штокаленко Е.Н.,

с участием государственного обвинителя - помощников прокурора Советского АО г. Омска Медведева А.Д., Кудашовой Ю.В.,

потерпевшего Г.А.,

подсудимых Нагель Г.А., Кожемякина А.С.,

защитников – адвокатов Сидоренко Н.А., Попова П.А., Леденевой В.Р.,

при секретаре Оганян Е.А., Фоминой А.С., Хандогиной В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

Нагеля Г. А., <данные изъяты>, ранее не судимого;

Кожемякина А. С., <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимые Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. умышленно причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, группой лиц, при следующих обстоятельствах:

<дата> около 02 часов в ходе словесного конфликта между потерпевшим Г.А. и Кожемякиным А.С., происходившего в тамбуре квартир <адрес>, возникшего в связи со сделанным замечанием Г.А. о громко играющей музыки в квартире Кожемякина А.С., из квартиры последнего вышел Нагель Г.А. и умышленно с целью причинения Г.А. телесных повреждений, схватил последнего за шею, сдавив при этом пальцы, и высказал в адрес Г.А. угрозу применения физического насилия. Потерпевший освободился от захвата Нагеля Г.А., однако последний продолжая свои преступные действия, стал наносить по голове Г.А. множественные удары кулаками. В этот момент к действиям Нагеля Г.А. присоединился Кожемякин А.С., который стоя с левой стороны от потерпевшего, и действуя с Нагель Г.А. совместно и согласованно, с целью причинить Г.А. телесные повреждения, также стал наносить последнему одновременно с Нагелем Г.А., множественные удары (не менее пяти) кулаками в область лица, тела и головы, отчего Г.А. испытал физическую боль. После этого Г.А., Кожемякин А.С. и Нагель Г.А. переместились к входной двери, ведущей на лестничную площадку в подъезд, и Нагель Г.А. вытолкнул Г.А. на лестничную площадку. Потеряв равновесие, потерпевший упал на спину. В это время Кожемякин А.С. встал у головы Г.А., а Нагель Г.А. сел сверху на Г.А., после чего совместно и согласованно, имея умысел на причинение потерпевшему телесных повреждений, нанесли множественные удары (каждый не менее 10) кулаками в область лица Г.А., при этом последний терял сознание. Услышав, что А.Е. вызвала сотрудников полиции, Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. прекратили свои преступные действия, а Г.А. поднялся с пола и проследовал за Кожемякиным А.С. вниз по лестнице на второй этаж, где последний нанес потерпевшему два удара ногой по телу.

Своими совместными действиями Кожемякин А.С. и Нагель Г.А. причинили Г.А. телесные повреждения в виде <данные изъяты>, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. <данные изъяты>.

В судебном заседании подсудимые Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. вину не признали.

Подсудимый Нагель Г.А. показал суду, что <дата> около 19 часов он вместе с женой приехал в гости к Кожемякиным. Он и Кожемякин А. распивали спиртные напитки, жены не пили. В квартире шел телевизор, они слушали музыку и пели песни в караоке. Около 23 часов пришел сосед, и просил сделать музыку тише. Двери соседу открывал Кожемякин А.. После этого Кожемякин выключил музыку. Они продолжили распивать спиртные напитки. К.Г. пошла укладывать ребенка спать. Около 2 часов в дверь вновь постучали. Он пошел открывать, поскольку сидел ближе всех к двери. Когда он открыл дверь и вышел в тамбур, увидел Г.А., который сразу набросился на него с кулаками. Г.А. нанес ему множественные удары. Он просил потерпевшего успокоиться, на что тот кричал, что они мешают спать. В какой-то момент Г.А. затолкнул его в квартиру. Также в тамбуре он видел Г.А., который его толкал. После этого он, держась за косяк двери, вытолкнул обоих мужчин из квартиры Кожемякина в тамбур. Сам он вышел в тамбур, вслед за ним вышел Кожемякин А.С., который шел с Г.А. и о чем-то разговаривали. Кожемякин А.С. никому ударов не наносил, наносил ли кто-либо удары Кожемякину А.С. он не видел. В тамбуре он никому ударов не наносил. Дойдя до двери тамбура, он открыл ее и вышел на лестничную площадку. На площадке Г.А. начал избивать его, при этом нанес удар в область носа, отчего пошла кровь. В этот момент он увидел, как из квартиры вышла его жена и попросила всех успокоиться. На это Г.А. развернулся и начал бить его жену по голове. Жене он сказал зайти в квартиру, а сам подошел к Г.А. сзади, завернул его руки за спину. Однако Г.А. вырвался и «налетел» лицом на лестничные перила, после чего закрыл лицо руками, кровь на лице Г.А. не видел. После этого Г.А. вновь пошел в его сторону, возможно в этот момент он нанес Г.А. несколько ударов в грудь. Он вновь схватил Г.А., попросив успокоиться, что он и сделал, и все разошлись. Во время конфликта и драки Кожемякин А.С. и Г.А. также стояли на лестничной площадке в стороне, никаких действий не предпринимали. После того как они вернулись в квартиру, вызвали скорую помощь, по приезду которой он и его жена А.О. были доставлены в больницу, у него диагностировали перелом носа. Соседки П.О. в тамбуре не было, полагает, что последняя оговаривает их, находясь с семьей Г.А. в дружеских отношениях.

Подсудимый Кожемякин А.С. показал суду, что <дата> к ним в гости приехали Нагель Г.А. с женой. В 22 часа по просьбе соседа Г.А., он сделал музыку тише и попросил присутствующих сидеть тише. После этого жена пошла укладывать ребенка спать. Около 2 часов ночи в дверь вновь постучали. Нагель Г.А. пошел открывать, поскольку ближе всех сидел к двери. После того, как Нагель Г.А. открыл дверь, он услышал Б, которые начали орать и грубо ругаться. Он сразу пошел к двери, вышел в тамбур и увидел на лестничной площадке Нагеля Г.А., который стоял лицом к Г.А. Последний находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, кидался на Нагеля Г.А., пытаясь нанести удары. В какой-то момент Г.А. нанес удар Нагель Г.А. в нос. Он в это время стоял вместе с Г.А. в стороне, пытаясь объяснить последнему, что они не шумели. В этот момент вышла А.О. и спросила, что происходит. После этого Г.А. резко развернулся и начал наносить А.О. удары. Нагель Г.А. подошел к Г.А. сзади, схватил его руками, сковав при этом движения, и пытался отвернуть его от жены. Однако, Г.А. пытался вырваться и в какой-то момент «наткнулся» лицом на перила. Через несколько секунд Г.А. пришел в себя и снова бросился на Нагель Г.А., попытавшись несколько раз нанести тому удары, после чего успокоился, и все разошлись по домам. Они вызвали скорую помощь, которая госпитализировала Нагеля Г.А. и А.О. Он в свою очередь под диктовку сотрудников полиции написал заявление, почему указал в заявлении о причинении ему телесных повреждений пояснить не может. Он в драке не участвовал, никому ударов не наносил, Г.А. также никто ударов по лицу не наносил, откуда у последнего телесные повреждения на лице, теле и руках пояснить не может. Соседки П.О. в период конфликта и драки в тамбуре не было.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний Кожемякина А.С., данных тем в ходе досудебного производства по делу в качестве обвиняемого в присутствии защитника, следует, что <дата> около 23 часов 10 минут к ним в квартиру постучал Г.А. и попросил сделать музыку потише, что они и сделали. Затем <дата> около 2 часов в дверь вновь постучали. Дверь пошел открывать Нагель Г.А. В этот момент в квартиру зашел Г.А., который стал ругаться по поводу шума, был агрессивно настроен. Между тем никакого шума в квартире не было. Он, услышав крики Г.А., пошел к порогу квартиры и увидел, что Г.А. одной рукой схватил Нагель Г.А. за плечо или за одежду, а второй рукой наносил Нагель Г.А. удары по телу в область груди или плеча. После того как Г.А. нанес Нагель Г.А. не менее трех ударов, Нагель Г.А., ухватившись руками за косяк двери, грудью вытолкнул Г.А. в тамбур. В это время у него заплакал ребенок, и К.Г. пошла его успокаивать. Он вышел следом за Нагель Г.А. в тамбур, где увидел А.Е., которая кричала, чтобы прекратили драку. В тамбуре Г.А. продолжая удерживать Нагель Г.А., кулаком наносил удары по голове и лицу Нагель, нанес не менее 5 ударов. Нагель Г.А. ответных ударов не наносил. В этот момент из <адрес> вышел Г.А. Его жена в тамбур не выходила. А.В. вышла в тамбур и требовала прекратить драку. В тот момент, когда Нагель Г.А. стоял спиной к двери, ведущей на лестничную площадку, эта дверь открылась, и Нагель Г.А. вышел на площадку, Г.А. вышел вслед за Нагель Г.А., он также вышел на лестничную площадку. Выходил ли Г.А. не помнит. Находясь на лестничной площадке, Г.А. продолжал наносить Нагель Г.А. удары кулаками по лицу, и от одного из ударов из носа Нагель Г.А. пошла кровь. В этот момент Г.А. развернулся и замахнулся на А.В., однако нанес ли той удары он не помнит. В это время Нагель Г.А. подошел к Г.А. сзади, обхватил его за плечи и стал отворачивать в сторону от А.В. Г.А. вырвался и стал падать, ударившись лицом об перила. Затем Нагель Г.А. и Г.А. схватили друг друга, удары больше не наносили. После криков А.Е. о том, что она вызвала полицию, конфликт прекратился (т.3 л.д. 103-106)

После оглашения показаний Кожемякин А.С. подтвердил их, пояснив, что А.Е. также выбегала на лестничную площадку, что-то кричала Нагелю Г.А.

Несмотря на показания подсудимых в судебном заседании, их вина в совершенном преступлении подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей, а также исследованными в судебном заседании письменными материалами уголовного дела.

Потерпевший Г.А. показал суду, что <дата> около 2 часов он вместе с женой вернулись домой. В тамбуре они услышали, что из квартиры, где проживает Кожемякин А.С., раздается громкая музыка. Дети не спали, а его отец Г.А. пояснил, что соседи развлекаются. В этот момент жена А.Е. пошла к соседям, и через некоторое время он услышал крики жены. Он вышел в тамбур и увидел, что жена ругается с К.Г. Затем в тамбур вышел Кожемякин А.С., с которым он стал ругаться словесно. В квартиру Кожемякиных ни он, ни его жена не заходили. Все происходило в тамбуре. В этот момент из квартиры выскочил ранее незнакомый Нагель Г.А., который схватил его двумя руками за горло, сказав, что свернет шею. У него перехватило дыхание, он стал отбиваться локтями. После того, как он отбился от Нагеля Г.А., последний вместе с Кожемякиным А.С. стали наносить ему удары кулаками в область лица, головы и тела, при этом Нагель Г.А. стоял с правой стороны, а Кожемякин- с левой стороны, и удары наносили с разных сторон. От ударов испытывал физическую боль. Он пытался отбиваться, возможно наносил удары подсудимым. В ходе драки все переместились к двери тамбура, которая была открыта. Нагель Г.А. вытолкнул его на лестничную площадку, свалил на пол, после чего сел на него сверху и стал наносить удары. Кожемякин А.С. в это время, склонившись над ним, левой рукой придавливал его к полу, а кулаком правой руки стал наносить удары. Всего Кожемякин и Нагель нанесли ему в область лица не менее 10 ударов каждый, от ударов он кратковременно потерял сознание. В ходе избиения, он попытался скинуть с себя Нагеля Г.А., но тот оказался тяжелым. Затем его отец Г.А. оттащил подсудимых. Он встал и спустился на второй этаж, где стоял Кожемякин, который нанес ему два удара ногой в область живота. Потом он поднялся в квартиру, из носа шла кровь, жена сказала, что вызвала полицию и скорую помощь, которая доставила его в больницу. Врачи диагностировали у него ушибы мягких тканей лица, и отпустили домой, порекомендовав наблюдаться по месту жительства. Кроме того на теле у него имелись ссадины и «синяки», в том числе на шее от удушающего приема Нагеля. Вся совокупность имеющихся у него на теле и голове повреждений явилась следствием действий подсудимых, об перила он головой не соударялся. Утром <дата> ему стало плохо, началось головокружение, тошнота, болела голова, нос, левый глаз не открывался. В этой связи он обратился в «<данные изъяты>», где ему был определен амбулаторный вид лечения. Между обращением в «скорую помощь» и «<данные изъяты>» никаких травм больше не получал. Впоследствии подсудимые перед ним извинились, материальных претензий к ним не имеет, на реальном лишении свободы не настаивает.

Из оглашенных по ходатайству адвоката Леденевой В.Р. показаний потерпевшего Г.А., данных тем в ходе досудебного производства по делу, следует, что <дата> около 2 часов он вместе с женой А.Е. вернулись домой. При этом из соседней квартиры доносились громкие звуки музыки, пели песни. Находящийся в квартире отец с детьми, пояснил, что дети проснулись от громкой музыки и что он уже ходил к соседям просил сделать потише, однако его просьбу проигнорировали. Через 10-15 минут А.Е. решила пойти к соседям и попросить вести себя потише. Сразу же после этого он услышал звуки конфликта между супругой и К.Г. Выйдя в подъезд, увидел, что они разговаривают на повышенных тонах. В этот момент из квартиры вышел Кожемякин А.С., которому он сделал замечание относительно нарушения тишины, разговаривали они на повышенных тонах, однако никаких ударов не наносили. На этот шум из <адрес> выбежал ранее незнакомый Нагель Г.А., схватил его за горло, пригрозив, что свернет шею. Он выбил руку Нагеля Г.А. боковым ударом локтя и нанес 2-3 удара кулаком в область лица и тела. Нагель Г.А. также наносил ему удары в область головы. Кожемякин А.С. также стал наносить ему удары. Поскольку их было двое, при этом Нагель Г.А. достаточно высокого роста, плотного телосложения, он старался закрыться от ударов, беспорядочно нанести ответные удары. После этого металлическая дверь, отделяющая тамбур, в котором находятся квартир №, открылась, и он упал на спину. В это время Нагель Г.А. сел на него и начал наносить удары кулаками в область головы, нанес не менее 10 ударов. Кожемякин стоял рядом, так же пытался наносить удары кулаками сверху в область лица и туловища. В этот момент к ним подбежал его отец Г.А., который оттащил Кожемякина А.С., толкнув того на лестничную площадку. После того, как он вырвался от Нагеля Г.А., он увидел, что Кожемякин А.С. побежал вверх по лестнице, он побежал за Кожемякиным и тот нанес ему 1-2 удара ногой в область туловища. Затем все разошлись по квартирам. А.Е. вызвала сотрудников полиции и скорую помощь. (т.1 л.д. 97-99)

В ходе дополнительных допросов потерпевший Г.А. дал аналогичные показания (т.1л.д. 149-152, т.2 л.д. 119-121), уточнив, что в тамбуре Кожемякин А.С. находился слева от него и нанес около 5 ударов кулаками в область лица с левой стороны. Кроме того в тот момент, когда Нагель Г.А. сидел на нем сверху и наносил удары (не менее 10) кулаками в область головы и лица, Кожемякин А.С. находился рядом, склонившись над ним, и тоже наносил удары (не менее 10) кулаками сверху вниз в область лица и туловища. Находясь на лестничной площадке, он о перила лицом не ударялся, все удары были нанесены Нагелем и Кожемякиным.

После оглашения показаний потерпевший подтвердил правильность их изложения, указав, что оснований оговаривать подсудимых у него не имеется.

Свидетель А.Е. показала суду, что приходится супругой потерпевшему. В ночь с <дата> на <дата> она с мужем вернулись с корпоратива. Из квартиры соседей доносился хохот, шум, музыка. Находившийся дома свекор Г.А. пояснил, что дети не могут уснуть из-за шума. Она пошла к соседям, дверь ей открыл Кожемякин А.С., который на ее претензии относительно шума ничего не ответил, но вышла жена последнего К.Г., которая стала кричать, выражаться нецензурной бранью. Затем вышел Г.А. и сделал замечание Кожемякину А.С. В этот момент из-за спины Кожемякина А.С. вышел Нагель Г.А., схватил за шею мужа со словами «Ты что такой борзый, я тебе сейчас шею сверну». Муж освободился от захвата и оттолкнул Нагеля Г.А. После этого Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. стали наносить мужу удары кулаками в область головы и тела. В начале они переместились к квартире соседки, прижали мужа к стене, продолжая наносить удары, а потом переместились к двери тамбура. Она подбежала к Кожемякину А.С., попыталась оттащить того, но в этот момент К.Г. нанесла ей удары ногами. В этот момент в тамбуре появился свекор Г.А. Кроме того в дверях квартиры Кожемякиных стояла А.О., которая просила прекратить драку. Затем вышла соседка П.О. и стала кричать на К.Г., что позволило ей убежать к себе в квартиру. Она взяла телефон и стала кричать, что вызовет полицию. При этом она повернулась в сторону лестничной площадки и увидела, что муж лежит на полу, сверху на нем сидит Нагель Г.А., слева стоит Кожемякин А.С. Подсудимые наносили удары мужу. Самих ударов она не видела, видела взмахи руками. В это время Г.А. сначала оттащил Кожемякина А.С. от мужа, а потом Нагеля Г.А. После этого все успокоились и разошлись. Всего Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. в тамбуре нанесли Г.А. в совокупности 10-14 ударов кулаками в область головы. При этом муж ударов не наносил, а только оборонялся. На лице у мужа была гематома, левого глаза не было видно, все лицо было в крови, в тамбуре видела кровь. По приезду «скорой помощи» мужа доставили в больницу, однако через несколько часов отпустили. На следующий день мужа тошнило, штормило, поэтому он обратился в «<данные изъяты>», муж от госпитализации отказался, находился на амбулаторном лечении.

Из частично оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний свидетеля А.Е., данных той в ходе досудебного производства по делу, следует, что Г.А. пытался разнять дерущихся. Он оттолкнул Кожемякина А.С. в сторону, вернулся, чтобы оттолкнуть Нагеля Г.А. от Г.А., но пока пытался разнять Нагель Г.А., уже вновь вернулся Кожемякин А.С. и продолжил наносить удары Г.А. В тамбуре и на лестничной площадке Нагель и Кожемякин нанесли мужу не менее 20 ударов каждый по голове, лицу и телу кулаками. Все это время, с тех пор, как Г.А. вышел из квартиры, дочери стояли в пороге квартиры и наблюдали за происходящим. В этот момент она слышала крики соседки П.О., которая кричала на К.Г. К., размахивавшей ногами в ее сторону. Воспользовавшись моментом, она оттолкнула К.Г. К. и забежала к себе домой. В какой момент вышла П.О. она не видела (т.1 л.д. 136-139)

После оглашения показаний свидетель подтвердила правильность их изложения, пояснив, что на момент допроса лучше помнила происходящие события. Кроме того пояснила, что не видела момента падения мужа на пол, он лежал на расстоянии полутора метров от перил.

Свидетель Г.А. показал суду, что приходится потерпевшему отцом. <дата> он находился в квартире у сына с внуками, которых уложил спать. Однако в соседней квартире громко играла музыка, отчего дети проснулись. Тогда он пошел к соседям, дверь в квартиру была открыта. Он позвал хозяина, и в этот момент в тамбур зашли подсудимые, которые были в состоянии алкогольного опьянения. Он попросил их сделать музыку потише, на что они ответили, что это не его дело. Он вернулся к себе в квартиру. Около 2 часов пришел сын с женой, которым он рассказал, что у соседей громко играет музыка. В этот момент никаких телесных повреждений у сына не было. После этого он пошел спать, однако через некоторое время услышал шум, доносящийся из тамбура. Он вышел в тамбур и увидел, что сына руками избивают подсудимые. Затем дверь в тамбур открылась, и сын упал на спину на лестничную площадку. При падении сын о перила не ударялся, находился от них на расстоянии полутора метров. При этом Нагель и Кожемякин продолжали избивать сына, так как он видел взмахи руками. Он сначала оттащил Кожемякина и столкнул того с лестницы. Обернувшись на сына, он увидел, что тот борется с Нагелем Г.А. Затем все утихло, драка прекратилась и они пошли домой. У сына было оттекшее лицо, с переносицы шла кровь.

Из оглашенных по ходатайству адвоката Леденевой В.Р. показаний свидетеля Г.А., данных тем в ходе досудебного производства по делу, следует, что <дата> он находился в гостях у сына Г.А. Сын с женой ушли в ресторан, он остался с детьми. Около 23 часов 30 минут- 00 часов 30 минут он проснулся от того, что в соседней квартире громко играла музыка. Он решил пойти к соседям, вышел из квартиры и подошел к входной двери <адрес>. Входная дверь в квартиру была открыта, он зашел в квартиру и несколько раз крикнул, привлекая к себе внимание. К нему вышли двое мужчин в состоянии алкогольного опьянения. Он попросил их сделать музыку потише и ушел, однако шум не прекратился. <дата> около 2 часов пришел сын с женой. У сына никаких телесных повреждений не было. Он рассказал, что в <адрес> шумят соседи, которые проигнорировали его замечание вести себя потише. Сын с женой стали возмущаться и кто- то из них пошел в <адрес>, чтобы попросить вести себя потише. В это время он начал засыпать и проснулся от криков и шума. Он вышел из квартиры и увидел, что двое мужчин, которых он ранее видел в <адрес>, избивают его сына, при этом сын находился на полу. Оба мужчины наносили сыну удары руками в область головы и тела, сидя на сыне. Сын пытался от них отбиться, хаотично размахивал руками. Он подбежал к сыну и оттащил мужчину, который проживает в <адрес>, столкнув его с лестницы. После этого все разошлись по квартирам. У сына был сильно опухший глаз, в области глаза был кровоподтек, из носа шла кровь. А.Е. вызвала полицию и скорую помощь, которая отвезла сына в больницу. (т.1 л.д. 94-96)

В ходе дополнительного допроса Г.А. (т.2 л.д. 102-104) пояснил, что в момент конфликта в тамбуре стояла соседка из <адрес>, а также две незнакомые ему девушки. Кроме того свидетель заявил, что видел как Кожемякин А.С., Нагель Г.А. наносили сыну удары кулаками, при этом сын был в полусогнутом состоянии, прикрывал лицо руками. Он стал оттаскивать Кожемякина А.С. от сына, находился в шоковом состоянии. Оттеснив Кожемякина А.С., он увидел, что Г.А. поднялся на ноги. В этот момент дверь в тамбур открылась и Г.А. с Нагелем Г.А. переместились на лестничную площадку, где последний продолжил наносить удары сыну. Его внимание в этот момент было направлено на Кожемякина А.С., которому он не давал подойти к сыну, но Кожемякин А.С. все-таки вышел на лестничную площадку, где он его оттолкнул на лестничную площадку между 2 и 3 этажами. Как закончился конфликт не помнит, был в шоковом состоянии. Г.А. все время был на ногах, на лестничной площадке не лежал.

В ходе очных ставок с обвиняемым Нагелем Г.А. и подозреваемым Кожемякиным А.С. свидетель указал, что после того как оттащил Кожемякина А.С. от сына, внимание на Нагель Г.А. не обращал, поэтому не может сказать, как сын и Нагель Г.А. оказались на лестничной площадке. Потом увидел, что Г.А. лежит на лестничной площадке, Нагель Г.А. в это время находился ближе к голове сына, но наносил ли последний удары, он не помнит. Он и Кожемякин также находились на площадке, и он столкнул последнего с лестницы. Затем он оттолкнул Нагеля Г.А. и Г.А. встал, после чего конфликт закончился. (т.3 л.д. 73-76,77-81)

После оглашения показаний свидетель пояснил, что не видит никаких противоречий между показаниями в суде и на следствии, полагает, что мог при допросе на следствии перепутать детали происходящего.

В ходе очной ставки с потерпевшим Г.А. свидетель указал, что когда он вышел из квартиры, увидел, что в тамбуре Кожемякин А.С. и Нагель Г.А. наносят кулаками удары Г.А. в область лица, головы и тела. При этом Г.А. находился спиной к двери в тамбур. Он решил растащить дерущихся, и втиснулся между Кожемякиным А.С. и Г.А. В это время дверь в тамбур открылась и Г.А. упал на площадку на спину. Нагель Г.А. сидел на Г.А. и наносил последнему кулаками удары по лицу и голове. Кожемякин находился в этот момент в области головы сына и, наклонившись над ним, также наносил удары кулаками в область головы. Он оттащил Кожемякина к лестнице, ведущей на 2 этаж, а также Нагель Г.А., после чего все закончилось (т.2 л.д. 159-165)

После оглашения показаний свидетель подтвердил правильность их изложения.

Свидетель П.О. показала суду, что <дата> около 2 часов она проснулась от стука в дверь, слышно было, что в тамбуре происходит драка. После этого по звукам она поняла, что драка переместилась на площадку, она открыла дверь и увидела, что на лестничной площадке дерутся мужчины, среди которых был Нагель, Кожемякин и Г.А.. Г.А. пытался оттащить Нагеля Г.А. При этом Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. одновременно наносили удары Г.А. по голове и телу, в верхнюю часть. Г.А. также пытался отбиваться от Нагеля Г.А. и Кожемякина А.С. Затем она отвлеклась от дерущихся мужчин на женщин. А.Е., стоя возле квартиры с детьми ругалась с К.Г. К., которая находилась в состоянии алкогольного опьянения. В ходе конфликта К.Г. К. нанесла А.Е. два удара в область паха. Она сказала А.Е. вызвать полицию, на что последняя ответила, что уже вызвала. В этот момент она увидела, что драка закончилась и все заходят домой. На следующее утро около 10 часов видела Г.А., у которого под левым глазом был большой кровоподтек, лицо было «заплывшее». Были ли повреждения у Нагеля Г.А. и Кожемякина А.С. пояснить не может. В тамбуре на стенах и полу впоследствии видела кровь.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний свидетеля П.О., данных той в ходе досудебного производства по делу, следует, что <дата> около 00 часов она легла спать, никакого шума не слышала. Около 2 часов она проснулась от громкого шума, стука и криков, доносящихся из тамбура квартир. Это был неоднократный громкий стук, как будто сильный удар об входную дверь в ее квартиру. Она посмотрела в «глазок», но ничего отчетливо не увидела, несколько мелькающих силуэтов. Дверь она открывать не стала. Она слышала крики и голоса, однако кто кричал, не разобрала. Когда по звукам она поняла, что дерущиеся переместились на лестничную площадку, она открыла дверь и увидела, что в тамбуре находится А.Е., которая стояла у входа в свою квартиру. Около входа в <адрес> стояла К.Г. К.Г. и ее гость- А.В. Между А.Е. и К.Г. К.Г. происходил словесный конфликт, при этом последняя использовала ненормативную лексику. Затем А.Е. переместилась к ее входной двери и встала лицом к К.Г. К.Г., и в этот момент последняя нанесла А.Е. 4 удара ногой под живот. Она сделала замечание К.Г. К.Г., просила прекратить драку, однако К.Г. К.Г. никак не отреагировала. Так как дверь в тамбур была настежь открыта, она также видела происходящее на лестничной площадке. К ней спиной стоял знакомый Кожемякиных- Нагель Г.А., который наносил обеими руками, сжатыми в кулак, удары по голове и по телу Г.А., нанес не менее 10 ударов. Рядом с Нагель Г.А. стоял Кожемякин А.С. и также наносил удары кулаками по голове и телу Г.А. Удары Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. наносили хаотично, подряд, не останавливаясь. Она видела, что лицо Г.А. было в крови. Сзади Нагеля Г.А. стоял отец Г.А.- Г.А., который, удерживая Нагель Г.А. за тело в районе предплечья, пытался оттащить того от Г.А. Последний пытался закрыться от ударов руками и одновременно нанести ответные удары. Не видела падал ли Г.А. на пол. Также не помнит имелись ли телесные повреждения на лицах других участников. Драка закончилась после криков А.Е. о том, что она вызвала сотрудников полиции, после чего все разошлись. Впоследствии со слов А.Е. ей стало известно, что конфликт начался после того, как она пришла к Кожемякиным и попросила вести себя потише. <дата> в дневное время она видела Г.А., у которого на лице имелись повреждения в виде сплошной гематомы лица, левого глаза не было видно, вокруг обоих глаз имелись синяки. (т.1 л.д.143-146)

В ходе очной ставки с Нагелем Г.А. свидетель П.О. подтвердила вышеизложенные показания (т.2 л.д. 88-93)

После оглашения показаний свидетель подтвердила правильность их изложения, заявив, что оснований оговаривать подсудимых у нее не имеется.

В ходе очной ставки с Кожемякиным А.С. свидетель П.О. в целом подтвердила свои показания, указав, что видела как Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. наносили удары Г.А., однако куда именно пояснить не может, так как Нагель был выше Г.А., и она подумала, что Нагель бьет по голове сверху вниз. Кроме того пояснила, что постоянно за дракой не наблюдала, поэтому не может сказать сколько именно ударов было нанесено Г.А. и как закончился конфликт. На уточняющие вопросы свидетель П.О. пояснила, что конфликт и драка происходила напротив лифтовой кабины, а не напротив перил, поэтому Г.А. удариться о перила не мог. Видела как Кожемякин размахивал руками, но наносил ли он удары Г.А. не видела. (т.3 л.д. 90-95)

После оглашения показаний свидетель пояснила, что видела, как Кожемякин делал замахи руками в сторону Г.А., но попадал ли, пояснить не может. Пояснила также, что в момент дачи первоначальных показаний лучше помнила происходящие события.

Свидетель И.С. показала суду, что работает фельдшером скорой помощи БУЗОО ССНП №. По обстоятельствам выезда <дата> пояснить ничего не может ввиду давности произошедших событий.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний свидетеля И.С., данных тою в ходе досудебного производства по делу, следует, что <дата> она заступила на суточное дежурство. <дата> около 4 часов 40 минут поступил вызов на адрес: <адрес> По указанному адресу находился Г.А., при осмотре которого было установлено состояние алкогольного опьянения последнего. Кроме того на лице у Г.А. имелась <данные изъяты>. Б был госпитализирован в ГБ-1 для дальнейшего оказания помощи. (т.2 л.д. 100-101)

После оглашения показаний свидетель пояснила, что при допросе обстоятельств осмотра потерпевшего не помнила, поскольку прошло очень много времени. Однако, следователь сообщила ей диагноз потерпевшего, после чего были составлены ее показания.

Свидетель К.В. показал суду, что работает фельдшером скорой помощи БУЗОО ССНП №. Помнит, что <дата> в <адрес> была драка, он в составе бригады выезжал, осматривали мужчину. Какие телесные повреждения были у последнего и какую помощь оказывали пострадавшему, не помнит ввиду давности произошедших событий. Впоследствии пострадавший был доставлен в больницу.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний свидетеля К.В., данных тем в ходе досудебного производства по делу, следует, что <дата> он заступил на суточное дежурство и около 04 часов 40 минут выезжал по адресу: <адрес>, где находился мужчина, представившийся Г.А. У последнего были признаки алкогольного опьянения, о чем была сделана отметка в карте вызова. После этого Б был осмотрен И.С. и установлено, что на лице <данные изъяты>. (т.2 л.д. 98-99)

После оглашения показаний свидетель пояснил, что давал такие показания по карте вызова, которую следователь при допросе предъявил ему, что позволило вспомнить происходившие события.

Свидетели М.А. и Н.О., выезжавшие в составе группы задержания <дата>, показали суду, что обстоятельств выезда по адресу: <адрес> в ночь с <дата> на <дата> не помнят.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний свидетелей М.А. и Н.О., данных теми в ходе досудебного производства по делу, следует, что <дата> заступили на суточное дежурство в группе с М.Е. <дата> около 03 часов 30 минут было получено сообщение о драке в подъезде по адресу: <адрес>. Прибыв по адресу, они проследовали в квартиру, где находился Г.А., от которого было получено объяснение. Второй участник конфликта был Кожемякин А.С. (т.2 л.д. 130-131, 132-133)

После оглашения показаний свидетели пояснили, что давали такие показания исходя из рапорта о выезде, который следователь дал прочитать перед допросом.

Из оглашенных по согласию сторон показаний свидетеля И.М., данных той в ходе досудебного производства по делу, следует, что она проживает в <адрес>. Знает, что <адрес> проживают квартиранты. В <дата> г. в этой квартире проживала семья Кожемякиных. В семье был маленький ребенок, ничего плохого сказать о семье не может. Квартира № расположена над ее квартирой, поэтому может сказать, что семья жила спокойно, громкой музыки она никогда не слышала, не слышала и скандалов, криков. О конфликте, произошедшем <дата>, ей также ничего не известно (т.2 л.д. 73-75)

Кроме того, виновность подсудимых в инкриминируемом им преступлении подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами:

Заявлениями Г.А., в которых он просит привлечь к уголовной ответственности лиц, причинивших ему <дата> около 3 часов на лестничной площадке телесные повреждения. (т.1 л.д. 9,186,243)

Протоколом следственного эксперимента с участием потерпевшего Г.А., в ходе которого последний рассказал об обстоятельствах причинения ему телесных повреждений, продемонстрировав нанесение ударов на статистах (т.1 л.д. 219-224,225-230)

Протоколом следственного эксперимента с участием свидетеля А.Е., в ходе которого последняя рассказала об обстоятельствах причинения Г.А. телесных повреждений, продемонстрировав нанесение ударов на статистах (т.1 л.д. 231-236, 237-242)

Протоколом осмотра места происшествия- лестничной площадки на <адрес> и тамбура квартир № <адрес>. (т.2 л.д.76-79, 80-83)

Заключением эксперта (экспертиза по материалам уголовного дела) №, согласно которому Г.А. <данные изъяты>.

<данные изъяты>, квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Кроме указанных выше телесных повреждений у пострадавшего <данные изъяты>.

Кроме описанных выше, у потерпевшего <данные изъяты>.

Причинение всего комплекса обнаруженных на теле у потерпевшего Г.А. телесных повреждений, в том числе рассмотренных только в области его головы в момент его падения с высоты собственного роста, как с приданным ускорением, так и в результате самопроизвольного падения на неровности твердого покрытия или выступающий предмет или предметы, а также «от воздействия собственных рук»- можно исключить (т.2 л.д. 33-51)

Эксперт А.Л., подтверждая выводы о наличии у Г.А. вышеуказанных телесных повреждений, показал суду, что по данному делу проводилась экспертиза по материалам уголовного дела, он входил в состав комиссии экспертов. В ходе работы комиссия экспертов пришла к выводу, что телесные повреждения у потерпевшего Б в области головы могли образоваться в результате не менее чем от двукратного воздействия предметом с ограниченной контактирующей поверхностью, к которым можно отнести кулак, ногу. О возможности двукратного воздействия комиссия сделала вывод ввиду наличия у потерпевшего двух переломов. Однако, если предмет, с которым контактировал потерпевший, имел пролангированную поверхность, не исключено и одно ударное воздействие, если предмет более ограниченный, то тогда не исключено два травмирующих воздействия. Ударное воздействие было произведено в область левого глаза с захватом небольшой области носа. Не исключается также возможность получения тяжких телесных повреждений в результате падения с некоторой высоты. Помимо повреждений у потерпевшего в области головы, также были зафиксированы иные повреждения на теле, не причинившие вреда здоровью, которые в совокупности с повреждениями в области головы не могли образоваться от падения. При определении повреждений в виде переломов, которые повлекли тяжкий вред здоровью, эксперт пользовался данными МСКТ. Данное исследование наряду с рентгеном, является более точным, поэтому рентгеновские снимки не понадобились. При исследовании у потерпевшего был обнаружен «старый» перелом носа, который при определении тяжести причиненного вреда не учитывался.

Кроме того были исследованы доказательства со стороны защиты.

Свидетель защиты А.В. показала суду, что подсудимый Нагель Г.А. приходится ей супругом, подсудимый Кожемякин А.С.- друг семьи. <дата> около 19 часов она с мужем пришли в гости к Кожемякиным. Около 22-23 часов в дверь постучали. Кожемякин А.С. открыл дверь, а когда вернулся сказал, что приходил сосед и попросил сделать музыку тише, что они и сделали. Затем К.К. пошла укладывать ребенка. Около 1-2 часов ночи в дверь вновь постучали. В этот раз дверь открыл Нагель Г.А. В этот момент она услышала громкие крики нецензурной брани и слова мужа «Что вы делаете, выйдете из квартиры, у нас спит маленький ребенок». К двери сразу же пошел Кожемякин А.С. и по звукам она поняла, что все переместились в тамбур. В это время заплакал ребенок и К.Г. К.Г. пошла его успокаивать, а она вышла в тамбур, где никого уже не было, все переместились на лестничную площадку. Она также пошла на площадку. На лестничной площадке к ней лицом стоял Нагель Г.А., из носа у него текла кровь, перед мужем спиной к ней стоял Г.А. Также на лестничной площадке стояли Г.А. и Кожемякин А.С., которые разговаривали. Кроме того она видела А.Е., которая постоянно выбегала из своей квартиры и выражалась нецензурной бранью. На вопрос «Что происходит?» к ней повернулся Г.А. и нанес ей три удара по голове и лицу. После этого Нагель Г.А. схватил Г.А. за плечи, развернул его, немного приподняв. В этот момент Г.А. вырвался и «налетел» лицом на перила. Не помнит каким образом Г.А. ударился о перила и какой частью лица, также не помнит была ли кровь у Г.А. на лице. Нагель Г.А. крикнул ей, чтобы она бежала домой, что она и сделала. В квартире К.Г. К.Г. оказала ей помощь, после чего вернулись муж и Кожемякин А.С. и вызвали «скорую помощь» и полицию. К.Г. К.Г. в тамбур не выходила, П.О. она также не видела в этот день в тамбуре, Кожемякин А.С. никаких ударов Г.А. не наносил, стоял в стороне. Также не видела, чтобы Нагель Г.А. наносил какие-либо удары потерпевшему. Характеризует мужа исключительно с положительной стороны.

Свидетель защиты К.Г. К.Г. показала суду, что подсудимый Кожемякин А.С. приходится ей супругом, подсудимый Нагель Г.А. - друг семьи. <дата> около 19 часов к ним в гости пришли семья Нагель. Они сидели за столом, отмечали праздник, пели караоке. Около 23 часов в дверь постучали, муж пошел открывать, а когда вернулся, сказал, что приходил пожилой мужчина и попросил сделать музыку потише, что они и сделали, после чего она пошла на кухню укладывать ребенка спать. После этого около 2 часов в дверь опять постучали, пошел открывать Нагель Г.А., т.к. ближе всех сидел к двери. В ее поле зрения находилась входная дверь, и она увидела, как в квартиру ворвался Г.А., который стал кричать, размахивать кулаками, был агрессивно настроен, нанес по телу Нагель Г.А. несколько ударов. Позади Г.А. стоял Г.А. Г.А. Нагель Г.А. стал успокаивать Г.А. и предложил выйти в тамбур, к ним также вышел Кожемякин А.С. В этот момент заплакал ребенок, и она прошла в кухню. Видела, как Нагель грудью вытолкнул Г.А. в тамбур. Через некоторое время она увидела А.В., которая держалась за лицо и сообщила, что ее ударил Г.А. При этом у нее была припухлость в области глаза. Затем в квартиру вернулись Кожемякин А.С. и Нагель Г.А., у последнего из носа шла кровь, была разорвана рубашка. Она ни в тамбур, ни на лестничную площадку не выходила, всегда находилась в квартире, произошедшего не видела, также не видела в этот вечер А.Е. Характеризует мужа исключительно с положительной стороны.

Заключение специалиста №, согласно которому у гр. Г.А. при освидетельствовании <дата> были обнаружены повреждения в области верхнего и нижнего век левого глаза и виде кровоподтека 3,5*4 см, сине-фиолетового цвета. Кроме того при клиническом исследовании в БУЗОО «ГКБ-1» был обнаружен кровоподтек параорбитальной области слева 3*6 см, овальной формы, багрового цвета. При обращении в «<данные изъяты>» были диагностированы: <данные изъяты>. (т.3 л.д. 24-50)

Заключение специалиста №, согласно которому речь Кожемякина А.С. обладает эмоционально-положительными характеристиками, обоснована, структурирована и не содержит противоречий, с высокой степенью вероятности являясь абсолютно достоверной. Защитные механизмы, относящиеся к тематике обсуждения фигуры Г.А., не наблюдаются. Психологических признаков уклонения от ответов на вопросы, а также сокрытия любого рода информации Кожемякиным не выявлено (т.3 л.д. 159-189)

Оценив совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, суд считает вину подсудимых в совершенном преступлении полностью доказанной.

По итогам судебного следствия установлено, что <дата> около 2 часов подсудимые Нагель Г.А. и Кожемякин А.С., находясь в тамбуре квартир № <адрес> в <адрес>, а затем на лестничной площадке, совместно причинили потерпевшему Г.А. телесные повреждения, в том числе повлекшие тяжкий вред здоровью.

Смотреть все судебные практики о Приговоры судов по ст. 111 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

Указанные выводы суд, несмотря на отрицание подсудимыми своей причастности к причинению Г.А. телесных повреждений, сделал на основании анализа показаний потерпевшего, свидетелей А.Е., Г.А. и П.О.

Так потерпевший Г.А. последовательно на предварительном следствии (т.1 л.д. 97-99, 149-152, т.2 л.д. 119-121) и в судебном заседании указывал, что из квартиры Кожемякиных громко играла музыка, дети не могли уснуть, в связи с чем А.Е. пошла к соседям. Услышав через некоторое время крики жены, он вышел в тамбур, где между К.Г. К. и женой происходил словесный конфликт. Затем вышел Кожемякин А.С. и между ними также произошел словесный конфликт, в ходе которого из квартиры Кожемякина А.С. выбежал подсудимый Нагель Г.А., который применил к нему удушающий прием, схватив рукой за шею и высказывая угрозы физической расправы. После того, как он освободился от захвата Нагеля Г.А. последний вместе с присутствующим рядом Кожемякиным А.С. стали наносить ему множественные удары кулаками в область головы. После того, как он «выпал» из тамбура на лестничную площадку, упал на спину, сверху на него сел Нагель Г.А., сбоку склонился Кожемякин А.С., продолжая наносить удары кулаками по голове. Подсудимых оттащил от него его отец- Г.А. О перила лестничного марша он не ударялся.

Данные показания даны потерпевшим неоднократно, с их подтверждением в ходе следственного эксперимента (т.1 л.д. 219-224,225-230), а также в ходе очных ставок (т.2 л.д.159-165, т.1 л.д. 106-110)

Об аналогичных обстоятельствах развития конфликта и последующего избиения подсудимыми Г.А. указала в своих показаниях на следствии (т.1 л.д. 136-139), в ходе следственного эксперимента и в суде свидетель А.Е. При этом отмечала, что во время избиения мужа в тамбур из квартиры вышел свекор Г.А., который оттаскивал подсудимых от Г.А., кроме того при конфликте присутствовала соседка П.О.. Свидетель также сообщила суду, что Г.А. лежал на лестничной площадке на спине на значительном расстоянии от перил лестничного марша.

Свидетель Г.А. в судебном заседании подтвердил, что в квартире, где проживает Кожемякин А.С., громко играла музыка, внуки не могли уснуть. Об этом он сообщил пришедшим домой сыну- Г.А. и А.Е., после чего пошел спать. Проснувшись от шума, выбежал в тамбур, где увидел подсудимых, которые избивали сына. Также видел, как сын упал на лестничную площадку. С перилами Г.А. не соударялся, находился на значительном от них расстоянии. После падения подсудимые продолжили избивать сына. Впоследствии ему удалось оттащить подсудимых от Г.А.

В своих первоначальных показаниях (т.1 л.д. 94-96), в ходе очных ставок в Нагель с Кожемякиным (т.3 л.д. 73-76, 77-81), а также с потерпевшим Г.А. (т.2 л.д. 159-165) свидетель Г.А. в целом давал аналогичные показания, указывая в ходе очной ставки с Кожемякиным А.С. о присутствии в тамбуре соседки П.О..

Наличие в показаниях свидетеля Г.А. противоречий в части последовательности действий лиц, участвующих в конфликте и избиении потерпевшего, а также указание свидетелем на следствии в ходе дополнительного допроса (т.2 л.д.102-104) о том, что не видел, чтобы Г.А. лежал на лестничной площадке, суд связывает с прошествием значительного периода времени после событий, динамичностью произошедшего, и принимает во внимание показания указанного свидетеля в той части, в которой они не противоречат установленным судом обстоятельствам, принимая во внимание пояснения Г.А. в суде, что он мог перепутать детали.

О причастности как подсудимого Кожемякина А.С., так и подсудимого Нагель Г.А. к причинению потерпевшему Г.А. телесных повреждений, объективно свидетельствуют показания свидетеля П.О., которая как на следствии (т.1 л.д. 143-146), так и в суде показала, что выглянув на шум в тамбур увидела, как подсудимые одновременно наносили кулаками по голове и телу Г.А. удары. При этом Г.А. пытался оттащить Нагель Г.А. от потерпевшего. Кроме указанных лиц, в тамбуре также находились А.Е. и К.Г. между ними происходил конфликт, в ходе которого последняя нанесла удары А.Е.

Свои показания свидетель П.О. подтвердила в ходе очных ставок с Нагель Г.А. и Кожемякиным А.С. (т.2 л.д. 88-93, т. 3 л.д. 90-95)

Последующие пояснения свидетеля П.О. в суде о том, что Кожемякин А.С. лишь замахивался руками в сторону Г.А., но наносил ли удары, она не видела, и аналогичные показания в ходе очной ставки с Кожемякиным А.С. суд находит несостоятельными, поскольку после оглашения всех показаний свидетеля на следствии, в том числе и тех, где она прямо указывала о нанесенных совместных ударах Нагель Г.А. и Кожемякина А.С. в область головы потерпевшего, П.О. подтвердила их, пояснив, что на момент допроса лучше помнила происходящие события.

В судебном заседании П.О. пояснила, что не видела, как потерпевший лежал на лестничной площадке. Об этом свидетелем заявлялось и на предварительном следствии. Однако, данный факт не свидетельствует о том, что П.О. не присутствовала на месте преступления и не была очевидцем установленных судом обстоятельств, поскольку как следует из логических объяснений П.О. суду, она за дракой постоянно не наблюдала, ее внимание было отвлечено на конфликтующих в тамбуре женщин, поэтому завершающей стадии конфликта не видела и видела лишь, как все уже расходились по квартирам.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей Г.А., А.Е., П.О., поскольку они носят последовательный характер, объективно соответствуют и согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, существенных противоречий по обстоятельствам дела не имеют. Какой-либо заинтересованности у потерпевшего и вышеперечисленных свидетелей в искусственном создании доказательств, а также причин для оговора Нагель Г.А. и Кожемякина А.С. судом не выявлено.

С учетом изложенного, суд кладет в основу приговора показания потерпевшего Г.А., свидетелей А.Е., Г.А. и П.О. в той части, в которой они не противоречат установленным судом обстоятельствам.

Приведенные показания потерпевшего и свидетелей о нанесении подсудимыми ударов кулаками потерпевшему преимущественно в область головы, согласуются с заключением экспертизы №, которое проведено в составе комиссии экспертов, с включением в нее врача эксперта-рентгенолога, с предоставлением на исследование материалов уголовного дела, а также всех медицинских карт потерпевшего. В этой связи суд принимает во внимание выводы указанной экспертизы и оценивает ее в совокупности с приведенными доказательствами, считая ее полной, объективной и всесторонней.

При этом суд отмечает, что заключение эксперта №, вопреки доводам защиты, существенных противоречий с заключением эксперта №, которое также было предметом исследования в рамках комиссионной экспертизы №, в части наличия телесных повреждений у Г.А., их локализации и тяжести не имеет, а механизм образования (от однократного или не менее чем от двукратного воздействия) суд оценивает с учетом установленных судом обстоятельств совершенного преступления, а также показаний эксперта А.Л., что образование телесных повреждений в области головы потерпевшего могли быть причинены как при однократном, так и при двукратном воздействии.

Согласно заключению комиссионной экспертизы № (т.2 л.д. 33-51) локализация большинства обнаруженных у Г.А. телесных повреждений- это голова, в том числе и тех повреждений (перелом левой глазничной пластинки решетчатой кости и левого малого крыла клиновидной кости), которые квалифицированы, как причинившие тяжкий вред здоровью.

Обращает внимание и тот факт, что согласно указанному заключению у потерпевшего на боковой поверхности шеи обнаружен кровоподтек, что согласуется с показаниями Г.А. о применении в отношении него подсудимым Нагелем Г.А. удушающего приема.

В судебном заседании был допрошен в качестве эксперта А.Л., принимавший участие в производстве комиссионной экспертизы №, который пояснил суду, что поскольку у Г.А. было зафиксировано два перелома, то комиссия экспертов сделала вывод об образовании телесных повреждений в области головы не менее чем от двукратного воздействия, при этом предмет, с которым контактировал потерпевший, имел ограниченную поверхность. Между тем, если предмет, с которым контактировал потерпевший, имел пролонгированную поверхность, не исключено образование телесных повреждений в области головы от однократного воздействия. Также не исключена возможность их причинения в результате падения потерпевшего с некоторой высоты на неровности твердого покрытия или выступающий предмет. Ударное воздействие было произведено в область левого глаза с захватом небольшой области носа.

В судебном заседании Г.А. и свидетель Г.А. отрицали факт соударения потерпевшего с перилами лестничного марша, свидетели А.Е. и П.О. указывали о нахождении Г.А. на значительном расстоянии от перил, что приводит суд к убеждению, что телесные повреждения у Г.А., в том числе повлекшие тяжкий вред здоровью, образовались в результате преступных действий подсудимых, а именно в результате нанесения подсудимыми ударов кулаками по голове и телу потерпевшего.

В этой связи в совокупности с показаниями эксперта А.Л. о том, что в случае контакта потерпевшего с предметом ограниченной контактирующей поверхностью, к коим, по мнению суда, относится кулак, телесные повреждения в области головы причинены Г.А. от не менее чем двукратного воздействия, суд приходит к выводу, что тяжкий вред здоровью потерпевшему Г.А. был причинен совместными действиями Нагель Г.А. и Кожемякина А.С.

Таким образом, не нашло своего объективного подтверждения заключение эксперта в части возможности получения телесных повреждений в области головы при падении потерпевшего с некоторой высоты на неровности твердого покрытия или выступающий предмет.

Полагать о том, что потерпевший получил телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, при иных обстоятельствах, у суда оснований не имеется. Так потерпевший последовательно бригаде «скорой помощи» (т.1 л.д.4), при поступлении в медицинское учреждение ГБ№ (т.1 л.д.5) <дата> сообщил, что был избит известными в подъезде своего дома. При обращении в «<данные изъяты>» <дата> сообщил, что был избит соседями, что зафиксировано в медицинской карте и отражено в заключении эксперта (т.2 л.д. 43). При прохождении судебно-медицинского освидетельствования <дата> пояснил, что избит <дата> в ночное время (т.1 л.д. 45). В судебном заседании потерпевший отрицал факт получения им телесных повреждений в иное время при иных обстоятельствах.

Тот факт, что при первоначальном осмотре потерпевшего в БУЗОО «ГКБ № им. Кабанова А.Н.» в ходе проведения рентгеновских исследований черепа не было обнаружено переломов левой глазничной пластинки решетчатой кости и левого малого крыла клиновидной кости, не может свидетельствовать о получении указанных переломов потерпевшим после инкриминируемых подсудимым событий, поскольку как следует из показаний эксперта А.Л. переломы такого характера могут быть обнаружены только при использовании высокотехнологического метода исследования, к коим относится МСКТ, и которое было проведено в «<данные изъяты>». Рентген такое повреждение не выявит.

Вопреки доводам защиты, наличие у потерпевшего «старого» перелома носа, исходя из содержания заключения экспертов № и показаний эксперта, при определении тяжести причиненного Г.А. в ночь с <дата>. на <дата> вреда, не учитывалось.

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов о наличии, характере и степени тяжести причиненных потерпевшему травм не имеется, комиссионная экспертиза в отношении Г.А. проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и правилами проведения судебных экспертиз, исследование выполнено надлежащими уполномоченными лицами - экспертами, квалификация которых сомнений не вызывает, при этом в полном объеме были исследованы представленные следователем медицинские документы, выводы экспертизы являются научно обоснованными, понятными, а само заключение полностью соответствует требованиям ст. 200, 204 УПК РФ, что позволяет суду признать данное доказательство допустимым.

Отдельные недочеты при подготовке и производстве экспертизы (материалы, поступившие для экспертного исследования, не были упакованы и опечатаны, не были предоставлены рентгенограммы, материалы дела не были пронумерованы) не лишили и не ограничили прав участников уголовного судопроизводства, не повлияли и не могли повлиять на выводы, сделанные экспертами.

Как следует из материалов уголовного дела, <дата> следователем было вынесено постановление о проведении судебной медико-криминалистической экспертизы, проведение которой поручено экспертам БУЗОО БСМЭ (т.2 л.д. 27). Данное следственное действие было проведено следователем в рамках сроков предварительного следствия. <дата> производство экспертизы было начато. <дата> следователем было вынесено постановление о приостановлении предварительного следствия по делу. Между тем проведение экспертизы было продолжено до <дата> с составлением экспертного заключения. Однако данный факт не влияет на достоверность выводов экспертов и не может влечь за собой признание данного доказательства недопустимым. В связи с чем доводы защиты об обратном признаются судом несостоятельными.

При этом судом учитывается не только выводы экспертной комиссии, но и показания допрошенного непосредственного в судебном заседании эксперта А.Л., входившего в состав комиссии экспертов, который, отвечая на вопросы обвинения и защиты, подтвердил выводы экспертов в части наличия и локализации обнаруженных у Г.А. телесных повреждений, механизма их образования, а также тяжести причинного вреда.

Суд не может признать допустимым доказательством по делу предоставленное стороной защиты заключение специалиста (том 3 л.д. 24-50) о механизме образования у Г.А. телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью. Как следует из описательной части и выводов специалиста, исследование проводилось по запросу стороны защиты, без предоставления первичных медицинских документов (медкарт), свидетельствующих о прохождении лечения Г.А. в различных медицинских учреждениях. Фактически специалистом выполнен анализ представленных защитой судебно-медицинских экспертиз, проведенных по делу, которые представлены в виде незаверенных копий. Правомерность подобного исследования и его выводы вызывают у суда сомнение. Кроме того, суд отмечает, что специалист не был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ

Таким образом, проанализировав вышеуказанные доказательства, суд приходит к выводу о причастности подсудимых Нагель Г.А. и Кожемякина А.С. к причинению Г.А. телесных повреждений, в том числе повлекших тяжкий вред здоровью, а версию подсудимых о том, что потерпевший получил указанные повреждения в результате соударения о перила лестничного марша несостоятельной.

Кроме того, суд подвергает сомнению показания подсудимых о том, что они никаких ударов Г.А. не наносили, Кожемякин А.С. вообще не участвовал в драке, а Г.А. сам, являясь инициатором драки, набросился в квартире Кожемякина А.С. на Нагеля Г.А. и избил последнего, полагая, что подсудимые стремятся избежать ответственности за содеянное.

Обращает внимание тот факт, что в день произошедшего Кожемякиным А.С. было написано собственноручное заявление (т.1 л.д. 8), в котором он выразил желание привлечь к уголовной ответственности соседей из <адрес>, которые нанесли ему телесные повреждения в подъезде дома. В последующем Кожемякин А.С. также собственноручно написал заявление (т.1 л.д. 17), в котором просил проверку по данному факту не проводить, указав, что драка с соседями носила обоюдный характер.

Указанные заявления согласуются с вышеизложенными судом показаниями потерпевшего, свидетелей, и, по мнению суда, свидетельствуют об участии Кожемякина А.С., наряду с Нагелем Г.А., в драке и как следствие причинении Г.А. телесных повреждений различного рода тяжести.

Кроме того суд отмечает, что показания Кожемякина А.С. не были последовательны, а его показания в судебном заседании противоречат его показаниям на следствии, которые были оглашены судом (т.3 л.д. 103-106), согласно которым <дата> к нему в квартиру пришел лишь один Г.А., который набросился на Нагель. Отец потерпевшего Г.А. появился после того как Г.А. и Нагель Г.А. переместились в тамбур. На лестничной площадке он также не видел Г.А.

В ходе очной ставки с Г.А. подсудимый также пояснял, что последний появился в тот момент, когда Г.А. и Нагель Г.А. находился в тамбуре (т.3 л.д. 77-81)

В судебном же заседании Кожемякин А.С., поддерживая версию Нагель Г.А., заявил, что оба Г.А. присутствовали в начале конфликта, кричали, грубо ругались. Впоследствии, находясь с Г.А. на лестничной площадке, разговаривал с тем, пытаясь объяснить ситуацию.

Такие непоследовательные показания Кожемякина позволяют суду усомниться в их правдивости.

Доводы защитника подсудимого о том, что в соответствии с проведенным по ее инициативе заключением специалиста по результатам психологического исследования видеозаписи беседы фактически установлена непричастность Кожемякина А.С. к инкриминируемому ему преступлению, суд находит несостоятельными и не нашедшими своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом по делу доказательств: показаний лиц, которые суд положил в основу приговора.

Кроме того, суд констатирует, что указанное заключение специалиста основано на анализе видеозаписи беседы Кожемякина А.С., вместе с тем, сведений о том кем именно произведена данная видеозапись, кто ведет беседу с Кожемякиным А.С., какая обстановка и какое состояние у Кожемякина А.С. в момент проведенной беседы в заключении специалиста не содержится, что также вызывает обоснованное сомнение в выводах исследователей.

Критически суд относится и к показаниям свидетелей защиты А.В. и К.Г. о начале конфликта с Г.А., о получении последним повреждений в результате соударения с перилами, полагая, что те, являясь супругами подсудимых, пытаются помочь Нагелю Г.А. и Кожемякину А.С. избежать ответственности.

С учетом изложенного, суд квалифицирует действия подсудимых Нагеля Г.А. и Кожемякина А.С. по п. «А» ч. 3 ст. 111 УК РФ- умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц.

Подсудимые действовали совместно и согласованно, с единым умыслом, каждый из них применял насилие к потерпевшему, непосредственно участвовав в совершении преступления, при этом оба наносили удары в область головы потерпевшего, каждый из подсудимых видел насильственные действия другого, друг друга не останавливал, осознавая таким образом совместный характер совершаемого преступления и факт способствования друг другу в его совершении.

Между тем, по результатам судебного разбирательства, исходя из показаний потерпевшего Г.А. и свидетеля А.Е., судом достоверно установлено, что изначально между Г.А. и Кожемякиным А.С. произошел словесный конфликт, в ходе которого из квартиры последнего вышел Нагель Г.А. и применил к Г.А. удушающий прием. После этого Нагель Г.А. и Кожемякин А.С. подвергли избиению потерпевшего. С учетом этого, суд считает, что Кожемякин А.С. и Нагель Г.А. действовали без заранее достигнутой договоренности на причинение Г.А. телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью, т.е. группой лиц, а утверждения государственного обвинителя в прениях о состоявшемся между подсудимыми предварительном сговоре является лишь предположением, поскольку достоверных доказательств этому суду не предоставлено. В этой связи данный признак «группой лиц по предварительному сговору» подлежит исключению.

Также, в соответствии с обоснованной и мотивированной позицией государственного обвинителя, руководствуясь положениями ч. 7 ст. 246 УПК РФ, суд исключает из предъявленного подсудимым обвинения квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений», как не нашедший своего подтверждения в судебном заседании.

Мотивом совершенного преступления явились личные неприязненные отношения подсудимых к потерпевшему, возникшие в ходе словесного конфликта, обусловленного претензиями семьи Г.А. относительного громко играющей музыки из квартиры подсудимого Кожемякина А.С.

О наличии у Нагеля Г.А. и Кожемякина А.С. умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Г.А. свидетельствует количество и локализация ударов потерпевшему в область головы, т.е. жизненно важный орган. Действия подсудимых во время совершения преступления носили осмысленный и целенаправленный характер. Нанося удары кулаками подсудимые, безусловно, осознавали общественную опасность своих действий, предвидели возможность наступления тяжких последствий и желали их наступления.

Исходя из фактических действий подсудимых, которые явились инициаторами избиения потерпевшего, их численности, а также физического превосходства одного из них, а именно Нагеля Г.А. над потерпевшим, в условиях интенсивности преступного посягательства на Г.А., суд приходит к выводу об отсутствии в действиях Нагеля Г.А. и Кожемякина А.С. признаков необходимой обороны, равно как и превышения ее пределов.

Наличие у А.В. и Нагеля Г.А. телесных повреждений также не может свидетельствовать о нахождении последнего в состоянии необходимой обороны или ее превышения, поскольку со стороны потерпевшего насилие опасное для жизни и здоровья не применялось, равно как и отсутствовала угроза применения такового.

Вопреки доводам защиты о допущенных в ходе предварительного расследования по уголовному делу нарушениях уголовно-процессуального законодательства, связанных с приостановлением и возобновление предварительного расследования, суд не находит таких нарушений, поскольку расследование уголовного дела проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Признавая вынесенные по делу постановления о приостановлении предварительного расследования незаконными, руководителем следственного отдела, а также прокурором в полном соответствии с положениями ч. 5.1 ст. 37, ч. 2.1 ст. 39, ч.ч.1.1, 2 ст. 211 УПК РФ, обоснованно принимались решения об отмене данных постановлений, с последующим возобновлением предварительного следствия и с установлением руководителем следственного отела в соответствии с ч. 6 ст. 162 УПК РФ срока следствия, в связи с чем оснований считать, что все проведённые после <дата> следственные действия являются недопустимыми доказательствами, как полученными за пределами срока предварительного следствия, о чем указывает сторона защиты, не имеется.

Вместе с тем заслуживают внимания доводы защиты о признании недопустимыми следственных действий с участием Нагеля Г.А. Из материалов уголовного дела следует, что <дата> Нагель Г.А. был допрошен в качестве подозреваемого, не обладая статусом подозреваемого. (т.1 л.д. 105-107). Данный протокол допроса был признан недопустимым доказательством (т.3 л.д. 3-4). Вместе с тем <дата> с Нагель Г.А. была проведена очная ставка с потерпевшим (т.1 л.д. 109-112), <дата> с Нагель Г.А. проведена проверка показании на месте (т.1 л.д. 114-120), <дата> с Нагель Г.А. проведен следственный эксперимент (т.2 л.д. 1-9, 10-25), <дата>, <дата> проведены очная ставка между подозреваемым Нагелем Г.А. и свидетелями П.О., Г.А. (т.2 л.д. 88-93, 106-110). Все указанные следственные действия были проведены с Нагелем Г.А., как с подозреваемым, статус которого Нагель Г.А. так и не получил. В этой связи все вышеперечисленные действия суд признает недопустимыми доказательствами, а по протоколам очных ставок с потерпевшим и свидетелями лишь только в части показаний Нагеля Г.А.

Свидетели И.С., К.В., М.А., Н.О. не являлись непосредственными очевидцами произошедших событий, и их показания (в суде, на следствии) фактически не имеют никакого доказательственного значения при установлении судом обстоятельств дела, в связи с чем судом во внимание при установлении виновности подсудимых в совершении инкриминируемого им преступления не принимаются, в связи с чем суд полагает возможным не оценивать показания данных свидетелей на предмет допустимости.

У суда не имелось оснований к возвращению данного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку, вопреки утверждениям стороны защиты, постановления о привлечении Нагель Г.А. и Кожемякина А.С. в качестве обвиняемых и обвинительное заключение составлены в соответствии с требованиями ст. 171 ч. 2, 220 УПК РФ.

При назначении наказания подсудимым Нагель Г.А. и Кожемякину А.С. суд, в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного законодателем к категории особо тяжких, данные о личности подсудимых, которые ранее не судимы, впервые привлекаются к уголовной ответственности, социально обустроены, положительно характеризуются как по месту проживания, так и по месту работы.

Также судом учитывается влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и условия жизни их семей.

К смягчающим наказание обстоятельствам, в силу ст. 61 УК РФ, суд относит обоим подсудимым <данные изъяты>, положительные характеристики, а Нагелю Г.А.- <данные изъяты>.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

При этом с учетом пояснений подсудимых в судебном заседании о том, что они употребили алкоголь в небольшом количестве, в состоянии алкогольного опьянения не находились, и прием алкоголя никакого влияния на их поведение не оказал, в отсутствии иных достоверных данных об этом, суд считает возможным не признавать в качестве отягчающего наказание обстоятельства, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом изложенного, принимая во внимание степень и характер общественной опасности совершенного преступления, а также характер и степень фактического участия каждого подсудимого в совершении преступления, данные о личности подсудимых, суд в целях исправления и предупреждения совершения подсудимыми новых преступлений, а также восстановления социальной справедливости, считает необходимым назначить Нагелю Г.А. и Кожемякину А.С. наказание в виде лишения свободы.

Вместе с тем, учитывая совокупность смягчающих вину обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, положительные данные о личности подсудимых, суд считает возможным их исправление без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, с применением правил ст. 73 УК РФ.

Суд не находит оснований для применения в отношении подсудимых ст. 64 УК РФ, поскольку не установлены исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, поведением подсудимых, которые бы существенно уменьшали характер и степень общественной опасности содеянного.

При этом исходя из степени и характера совершенного подсудимыми преступления, суд не находит оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории преступления.

Принимая во внимание назначаемое наказание, суд полагает возможным не назначать подсудимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы, что, по мнению суда, будет соответствовать принципу справедливости.

Исковых требований по делу не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ

Нагеля Г. А. и Кожемякина А. С. признать виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, и назначить им наказание в виде 3 лет лишения свободы каждому.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное Нагелю Г.А. и Кожемякину А.С. наказание считать условным с испытательным сроком 3 года каждому с возложением на них обязанностей: не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрационные отметки 1 раз в месяц в указанный орган.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную Нагелю Г.А. и Кожемякину А.С. по настоящему делу, отменить по вступлении приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в Омский областной суд через Первомайский районный суд г. Омска в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае обжалования, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии и участии своих защитников в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор вступил в законную силу 12.12.2017 г.

Юридическая консультация при поддержке МинЮст России бесплатно!
Юридическая консультация при поддержке МинЮст России бесплатно! Консультация по уголовным делам Акция в январе! 2000 рублей бесплатно
Схема работы
  • 01

    Бесплатная консультация

  • 02

    Заключение договора

  • 03

    Представительство в суде

  • 04

    Победное решение

Бесплатная юридическая консультация
+7
Задать вопрос Юрист перезвонит в течение 5 минут
Нажимая кнопку «Задать вопрос», вы принимаете условия
политики обработки персональных данных.

Заявка успешно отправлена!

В ближайшее время с вами свяжется наш юрист и проконсультирует вас.