Задать вопрос
8 800 511 38 27
Бесплатная горячая линия (Москва и регионы РФ)

Приговор суда по ч. 1 ст. 109 УК РФ № 1-116/2017 | Причинение смерти по неосторожности

Смотреть все судебные практики о Приговоры судов по ст. 109 УК РФ Причинение смерти по неосторожности

1-116/2017

ПРИГОВОР

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

г. Воронеж                                               11.08.2017 г.

            Советский районный суд г.Воронежа в составе председательствующего - судьи Винокуровой Л.Н.,

с участием государственного обвинителя - помощника прокурора Советского района г. Воронежа Ковалевой В.И.,

подсудимого Митрошина Алексея Алексеевича,

защитника – адвоката Адвокатской консультации Семилукского района Воронежской области Кретинина М.В., представившего удостоверение №, ордер №,

потерпевших ФИО3, ФИО2,

гражданского истца ФИО4,

представителя потерпевшей ФИО3 – адвоката Адвокатской конторы «Виллонен и партнеры» Платонова С.А., представившего удостоверение № и ордер №,

секретарей судебного заседания Якобчук Е.П., Серковой И.Н., Рожковой В.В., Зезюкова М.И.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении:

Митрошина Алексея Алексеевича, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, женатого, имеющего <данные изъяты>, не работающего, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, военнообязанного, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Митрошин А.А. совершил преступление при следующих обстоятельствах:

    В период времени с 23 часов 25.06.2016 до 02 часов 26.06.2016 (точное время в ходе следствия не установлено), в кафе «Наш двор», расположенном по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д. 4 «а», Митрошин А.А. совместно со своими знакомыми ФИО1 и ФИО13 распивал спиртные напитки.

    В указанный период времени между Митрошиным А.А. и ФИО1 произошел словесный конфликт, в ходе которого они вышли из помещения и расположились на участке местности рядом со входом в указанное кафе.

    В период времени с 23 часов 25.06.2016 до 02 часов 26.06.2016 (точное время в ходе следствия не установлено), в ходе ссоры, произошедшей между Митрошиным А.А. и ФИО1, которая продолжалась на расстоянии 4-6 м от входа в кафе «Наш двор», расположенного по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д. 4 «а», Митрошин А.А., находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к ФИО1, желая причинить последнему телесные повреждения, но не желая наступления тяжких последствий для здоровья ФИО1, а также наступления его смерти, и не предвидя возможности их наступления, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он мог и должен был их предвидеть, умышленно нанес один удар ФИО1 правой рукой в нижнюю часть лица, в результате чего ФИО1 потерял равновесие и упал назад, ударившись головой о твердое асфальтовое покрытие земли, получив в результате падения черепно-мозговую травму, включающую в себя ушиб головного мозга, субарахноидальные (под мягкие оболочки головного мозга) и субдуральные (под твердую оболочку головного мозга) кровоизлияния, перелом основания черепа.

    После получения повреждений в области головы в результате вышеуказанного падения, ФИО1 не смог самостоятельно встать, в связи с чем, с места происшествия был госпитализирован в БУЗ ВО «ВГКБ СМП № 1», где, несмотря на оказанную квалифицированную медицинскую помощь, 01.09.2016 скончался от травмы головы, полученной в результате действий Митрошина А.А.

    В результате противоправных действий Митрошина А.А. ФИО1 были причинены следующие повреждения:

    - ушиб головного мозга на уровне полюса левой височной доли;

    - субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияние на уровне нижней поверхности левой лобной доли;

    - субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияние на уровне верхней поверхности левой теменной доли;

    - субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияние на уровне наружной и нижней поверхностей левой височной доли;

    - субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияние на уровне верхненаружной и нижней поверхностей левой затылочной доли;

    - субдуральное кровоизлияние (под твердую оболочку головного мозга) справа;

    - субдуральное кровоизлияние (под твердую оболочку головного мозга) слева;

    - перелом затылочной кости и правой височной кости;

    - кровоподтек в затылочной области.

    При жизни вышеуказанные повреждения квалифицировались бы в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку вреда здоровью, опасного для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни, и вызвавшие расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (дыхательная недостаточность тяжелой степени), в данном случае привели к наступлению смерти.

    Причиной смерти ФИО1 явилась черепно-мозговая травма, включающая в себя ушиб головного мозга, субарахноидальные (под мягкие оболочки головного мозга) и субдуральные (под твердую оболочку головного мозга) кровоизлияния, перелом основания черепа.

    Подсудимый Митрошин А.А. в судебном заседании виновным себя в совершении преступления не признал, пояснив, что упал ФИО1 и ударился головой сам, а не от его действий. Как следует из его показаний, 25 июня 2016 г. ему позвонила жена и сказала, что она с друзьями находится в лесу, т.к. они отмечают день рождения дочери ФИО1 и чтобы он приезжал к ним. Около 8 часов он приехал в район Тепличного, где была компания людей, ФИО37, все уже находились в состоянии алкогольного опьянения. Он тоже взял с собой бутылку водки, но много не пил, т.к. работает с машинами, выпил немного пива. Когда он пришел в лес, у ФИО1 были перебинтованы руки, он показал им ссадины и сказал, что упал с велосипеда. Затем они решили пойти в караоке-кафе. Сначала они с ФИО13 пошли в гараж, туда же пришел и ФИО1, где выпили еще спиртного, и они втроем пошли в кафе «Наш двор» уже около 11 часов вечера. В кафе они находились минут 20-30, пили пиво. ФИО13 задал ФИО1 вопрос о том, что у них происходит в семье, на который ФИО1 отреагировал неадекватно, начал кричать, в связи с чем хозяин кафе попросил их выйти. Он был самым трезвым из них, поэтому решил уладить конфликт, он позвал в сторону ФИО1, чтобы поговорить с ним. ФИО13 в это время курил в стороне, а они с ФИО1 отошли в сторону. Разговор пошел на повышенных тонах, ФИО1 начал наскакивать на него, он попросил ФИО1 успокоиться и хлопнул ему пощечину правой рукой по левой щеке, ударов в лицо в область губ он не наносил. В этот момент ФИО1 находился на очень близком от него расстоянии, поэтому он не мог нанести ему прямой удар в лицо. ФИО1 попятился на него, а затем сделал три шага назад. Стоял ФИО1 секунд 7 с открытыми глазами, хотел что-то сказать, но споткнулся и упал с бордюра, где они стояли на тротуаре. Когда ФИО1 падал, он схватил его за футболку, но не удержал и ФИО1 упал, ударился головой об асфальт. Они начали его приводить в чувство, ФИО13 побежал за водой, пытались его напоить, но он был без сознания, и после падения больше в сознание не приходил. Шли прохожие и они попросили их вызвать «скорую помощь». Они положили ФИО1 так, чтобы его голова была повыше, но подошедшая женщина сказала, что она врач и что его не нужно трогать, нужно вызвать «скорую помощь». ФИО1 забрали в БСМП, они поехали с ним. В больнице их попросили побрить его. Когда они побрили, он увидел у ФИО1 в левой части затылка гематому. Врачи сказали, что ему надо делать трепанацию черепа. Он дождался жены ФИО1 и поехал домой. Впоследствии он узнал, что ФИО1 умер от пневмонии.

            Вместе с тем, вина подсудимого Митрошина А.А. в совершении преступления подтверждается:

- показаниями потерпевшей ФИО3 о том, что ФИО1 – ее сын. 26.06.2017 г. в 8 часов утра ей поступил звонок от жены сына о том, что сын находится в реанимации в крайне тяжелом состоянии. Ее дочь ФИО4 ей пояснила, что от врача БСМП ей стало известно, что у ФИО1 травма головы. В этот день праздновали день рождения дочери ФИО1 сначала на природе, а затем поехали в кафе. Она просматривала видеозапись из кафе «Наш двор», на которой видно, что ее сын был в кафе с Митрошиным А.А. и ФИО13 Умер ее сын 01.09.2016 г.;

- показаниями потерпевшей ФИО2 о том, что погибший ФИО1 – ее муж. 25.06.2016 г. она с друзьями отмечала день рождения их дочери в п.Тепличный в лесу приблизительно до 23 часов. Телесных повреждений у ее мужа в области головы в тот день не было. Ее муж, ФИО13 и Митрошин А.А. пошли в кафе «Наш двор» в Тепличном. Ночью ей позвонили и сообщили, что ее муж упал, у него гематома на голове, он находится в БСМП и ему проводится операция. ФИО13 и Митрошин А.А. привезли его в БСМП на «скорой помощи». Больше муж в сознание не приходил, он умер 01.09.2016 г. от полученных травм головы;

- показаниями свидетеля ФИО13 о том, что примерно в 17 часов 00 минут 25.06.2016 года он вместе с женой - ФИО14, прибыл к лесному массиву, расположенному примерно в 100 метрах от дома № 6 «г» по ул. Тепличная г. Воронежа, куда также пришли ФИО1, ФИО2, Галиёва Т., ФИО14 и Митрошина С. Они праздновали день рождения дочери ФИО1 и распивали спиртное. В лесном массиве он увидел, что у ФИО1 перемотаны кулаки, на что последний пояснил, что упал с велосипеда. Иных каких-либо телесных повреждений у него не имелось. Ближе к вечеру, а точнее к 20 часам 00 минутам, к ним приехал Митрошин А.А. Все пили пиво. Примерно после 22 часов 00 минут 25.06.2016 женщины пошли к нему домой, а он вместе с Митрошиным А.А. решил пойти в гараж, который располагается по ул. Тепличная г. Воронежа в 100 метрах от д. 6 «г». В указанном гараже они общались и распивали спиртное. В гараж к ним пришел ФИО1, телесных повреждений на лице у него он не заметил. В гараже они втроем допили бутылку водки и пошли в кафе «Наш двор», расположенное по адресу: г.Воронеж, ул.Тепличная, д. 4 «а». В кафе они присели за последний столик, заказали спиртное. В ходе распития спиртных напитков между Митрошиным А.А. и ФИО1 возник конфликт из-за семейной жизни ФИО1 с женой. В тот момент они громко разговаривали и ругались нецензурной бранью, в связи с чем к ним подошел директор кафе и попросил выйти на улицу для того, чтобы там разрешить возникший конфликт. Они втроем вышли на улицу и повернули направо, прошли примерно 5 метров и остановились на тротуаре. ФИО1 и Митрошин А.А. стояли и разговаривали. В тот момент он находился в метре или двух от указанных лиц, стоял боком к ФИО38. Затем он услышал хлопок, который напоминал ему удар руки о человеческую кожу, обернулся в сторону Митрошина А.А. и ФИО1 и увидел, что последний «пятится» назад, как будто падает. В этот момент Митрошин А.А. движением рук попытался схватить ФИО1 за туловище, но не успел, и ФИО1 упал, ударившись головой об асфальт. Когда он повернулся к Митрошину А.А. и ФИО1, то увидел, что Митрошин А.А. находится уже спиной по направлению к нему и за собой скрывает ФИО1 Он подошел ближе к ФИО1 и увидел, что тот лежит, каких-либо движений он не делал. Они вместе с Митрошиным А.А. попытались поднять ФИО1, но последний уже потерял сознание. После этого он неоднократно заходил в кафе «Наш двор» для того, чтобы взять воды и полить ФИО1 В это время Митрошин А.А. находился вместе с ФИО1 и вызывал сотрудников скорой медицинской помощи для оказания последнему необходимой помощи;

- показаниями свидетеля ФИО4 о том, что ФИО1 – ее брат. О смерти брата ей стало известно вечером 01.09.2016 г. в 18.30 часов от врача БСМП из интенсивной терапии. От жены брата 26.06.2017 г. ей стало известно, что брат находится в реанимации с черепно-мозговой травмой. От ФИО39 ей стало известно, что ее брат вместе с мужем ФИО40 и Митрошиным А.А. 25.06.2016 г. были в кафе на ул.Тепличной. д.4а и что ее брат упал и ударился головой. Она приехала в кафе «Наш двор», показала фотографию брата, ей рассказали, что видели его с двумя мужчинами в кафе. Затем ею была просмотрена видеозапись с камеры видеонаблюдения, на которой она видела, как за 1,5 часа до вызова «скорой помощи» ее брат, ФИО13 и Митрошин А.А. выходят из кафе. Через 3-4 минуты ФИО13 бежит в кафе и выходит с кувшином воды. От сотрудников полиции ей стало известно, что ФИО13 дал показания о том, что Митрошин А.А. ударил ФИО1;

- показаниями свидетелей ФИО15 и ФИО16 о том, что 25.06.2016 днем они находились в лесном массиве неподалеку от дома №6 по ул.Тепличная г.Воронежа в компании с ФИО1 и Митрошиным А.А., принимали пищу и распивали алкогольные напитки. Примерно в 21 час 00 минут они уехали домой. 26.06.2016 года в ходе телефонного разговора от ФИО14 ему стало известно, что примерно после 23 часов 00 минут ФИО13, Митрошин А.А. и ФИО1 ушли из лесного массива и направились в кафе, которое располагается по адресу: г. Воронеж ул. Тепличная, д. 4 «а», где ФИО1 упал, ударившись сильно головой. Как ему стало впоследствии известно, между Митрошиным А.А. и ФИО1 возник конфликт, в ходе которого ФИО1 были нанесены телесные повреждения и он попал в реанимацию;

- показаниями свидетеля ФИО17 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, аналогичными тем, которые были даны свидетелем ФИО15, а также о том, что со слов ее мужа Митрошина А.А. ей стало известно, что ФИО1 упал и ударился головой в ходе конфликта между ним и ее мужем (т.2 л.д.174-177);

- показаниями свидетеля ФИО14 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, которой со слов ее мужа известно, что ФИО1, Митрошин А.А. и ФИО13 втроем отдыхали в кафе, между Митрошиным А.А. и ФИО1 произошел разговор на повышенных тонах. Все втроем они вышли из помещения кафе на улицу, где расположились недалеко от входа, и стали курить. ФИО13 располагался немного в стороне от ФИО1 и Митрошина А.А. В ходе разговора Митрошин А.А. ударил или толкнул ФИО1, в результате чего тот упал (т.2 л.д.180-183);

- показаниями свидетеля ФИО18 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, о том, что он работает в должности управляющего в кафе «Наш двор», расположенном по адресу: г.Воронеж, ул.Тепличная, д. 4 «а». 25.06.2016 примерно в 23 часа 50 минут в кафе пришли трое неизвестных ему мужчин, находящихся в состоянии алкогольного опьянения, начали распивать спиртные напитки, очень громко разговаривали и выражались нецензурной бранью. Он попросил их выйти на улицу. Примерно в 00 часов 30 минут 26.06.2016 они вышли на улицу, отошли от входа в кафе примерно на 5 или 6 метров в правую сторону. Спустя какое-то время один из мужчин забежал обратно в кафе и попросил у него воды. После этого, данный мужчина два или три раза заходил в кафе и просил воды, в связи с чем он вышел на улицу, чтобы посмотреть что произошло. На улице он увидел, что с правой стороны от выхода из кафе, примерно в 5 или 6 метрах от него, на асфальте лежит мужчина, рядом с которым были двое товарищей, один из которых поливал мужчину водой, а второй приподнял и начал трясти. Он спросил у данных мужчин, что произошло, на что ему ответили, что их друг упал и ударился головой. Через некоторое время мимо проходили мужчина с женщиной, которые оказались сотрудниками какого-то медицинского учреждения и начали оказывать упавшему мужчине медицинскую помощь, пока не приехали сотрудники скорой медицинской помощи. Далее все трое мужчин уехали на прибывшем автомобиле скорой медицинской помощи (т.2 л.д.188-191);

- показаниями свидетеля ФИО19 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, аналогичными тем, которые были даны свидетелем ФИО18 (т.2 л.д.192-194);

- показаниями свидетелей ФИО20 и ФИО21 о том, что 27.06.2016 в администрацию торгового центра «Тенистый» обратилась женщина, которая представилась сестрой мужчины, которого с ее слов избили вблизи ТЦ «Тенистый», а именно около кафе «Наш двор». Женщина спрашивала про имеющиеся в торговом центре видеокамеры и просила предоставить ей для просмотра видеозапись, где могут быть зафиксированы указанные события. Они просмотрели видеозапись с 25.06.2016 и 26.06.2016, так как женщина пояснила, что ее брата избили на углу кафе «Наш двор» ночью 25.06.2016. На видеозаписи было отражено, как какие-то молодые люди входят и выходят из кафе, а также молодой человек входит и выходит с кружкой. Как им впоследствии стало известно, во время конфликта возле кафе погиб молодой человек;

- показаниями свидетеля ФИО22 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, о том, что в ночь с 25.06.2016 на 26.06.2016 она прогуливалась по г. Воронежу (микрорайон Тепличный) с ФИО23, в 02-03 часа ночи проходили мимо торгового центра «Тенистый», где к ним обратился молодой человек, который подбежал с просьбой вызвать скорую медицинскую помощь, и указал на мужчину, который лежал на асфальтовом покрытии недалеко от кафе «Наш двор». Желая оказать медицинскую помощь, она подошла к мужчине, которого осмотрела. На голове мужчины, в районе затылка, она нащупала гематому или отек, то есть какую-то припухлость. Она вызвала со своего мобильного телефона бригаду скорой медицинской помощи, которая госпитализировала мужчину, находившегося без сознания. От присутствовавших ей стало известно, что мужчина упал (т.2 л.д.209-212);

- показаниями свидетеля ФИО23 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, аналогичными тем, которые были даны свидетелем ФИО22 (т.2 л.д.213-216);

                - показаниями свидетеля ФИО33 о том, что 25.06.2016 будучи фельдшером скорой помощи, примерно в 01 час 20 минут он был вызван по адресу: г. Воронеж, ул.Тепличная, д.6«в». По прибытии на место он обнаружил мужчину, установленного как ФИО1, который лежал на асфальтовом покрытии, огороженном бордюрным камнем, недалеко от кафе «Наш двор», расположенном по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д.4«а». Мужчины, находившиеся рядом с ФИО1, меняли его положение, пытаясь оказать ему помощь, обливали его водой, затем сопровождали его в больницу. Со слов вышеуказанных мужчин ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вышел из кафе «Наш двор», где отдыхал вместе с ними, чтобы покурить, и упал. Он осмотрел ФИО1, в результате чего обнаружил у него повреждение в виде подкожной гематомы в затылочной области. ФИО1 все это время был без сознания, не контактировал, ничего не говорил, находился в коме, был доставлен в БУЗ ВО «ВГКБ СМП № 1» на лечение;

- показаниями свидетеля ФИО24 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, о том, что 26.06.2016 в БУЗ ВО «ВГКБ СМП № 1» поступил пациент с черепно-мозговой травмой - ФИО1, который находился в бессознательном тяжелом коматозном состоянии, пояснить что-то об обстоятельствах произошедшего не мог. Из медицинской карты ФИО1 он узнал, что тот упал на улице и ударился головой. Из приемного отделения ФИО1 сразу был доставлен в операционный блок, где перенес операцию трепанации левой лобно-теменно-височной области и удаления острой субдуральной гематомы слева, откуда уже поступил в отделение реанимации и интенсивной терапии. Примерно 01.09.2016 ФИО1 умер (т.2 л.д.230-233);

- показаниями свидетелей ФИО25 в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ (т.2 л.д.238-241), и свидетеля ФИО26, аналогичными тем, которые были даны свидетелем ФИО24;

- показаниями свидетеля ФИО27 о том, что он 25.06.2016 заступил на дежурство в приемном отделении БУЗ ВО «ВГКБ СМП № 1», где состоит в должности врача-нейрохирурга. Примерно в 02 часа 26.06.2016 поступил пациент с черепно-мозговой травмой - ФИО1, который находился без сознания, в коме. Им ФИО1 проведена экстренная операция: трепанация левой лобно-теменно-височной области, удаление острой субдуральной гематомы слева. Все телесные повреждения, которые имелись у ФИО1 при поступлении, он описал в медицинской документации;

- материалами уголовного дела:

- заявлением ФИО4 на имя начальника ОП №5 УМВД России по г.Воронежу с просьбой принять меры к неизвестному лицу, которое 25.06.2016 г. в период времени с 23 часов до 26.06.2017 г. 01 часа нанесло телесные повреждения ее брату ФИО1 в виде черепно-мозговой травмы по адресу: г.Воронеж, ул.Тепличная, д.4а рядом с кафе (т.1 л.д.77);

- протоколом осмотра места происшествия – участка местности в 10 метрах от кафе «Наш двор» по адресу: г.Воронеж, ул.Тепличная, д.4а, который имеет асфальтированное покрытие. Со слов ФИО18 именно на данном участке местности находились 3 мужчин, одному из которых были причинены телесные повреждения. Над кафе в 3 метрах от асфальтированного покрытия находится камера видеонаблюдения (т.1 л.д.79-82);

- справкой отделения реанимации и интенсивной терапии БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» о поступлении больного ФИО1 с диагнозом «ушиб головного мозга тяжелой степени (т.1 л.д.98);

- рапортом начальника смены дежурной части ОП №5 УМВД России по г.Воронежу о поступлении в ГКБ СМП №1 ФИО1 с ушибом головного мозга, госпитализирован в реанимацию, со слов врача упал у д.6в по ул.Тепличной (т.1 л.д.100);

- рапортом заместителя руководителя СО по Советскому району г.Воронежа СУ СК России по Воронежской области ФИО28 о поступлении 11.11.2016 в СО по Советскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области из ОП № 5 УМВД России по г. Воронежу материала проверки по факту смерти 01.09.2016 в БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» ФИО1 и наличии в действиях неустановленного лица признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ (т.1 л.д.106);

- рапортом оперативного дежурного ОП №5 УМВД России по г.Воронежу о поступлении сообщения из БСМП №1 о наличии трупа ФИО1 с пояснением о том, что 26.06.2016 г. упал на улице, диагноз «ушиб головного мозга» (т.1 л.д.109);

- протоколом осмотра трупа ФИО1 в палате интенсивной терапии нейрохирургического отделения БУЗ ВО «ВГКБ СПМ № 1», имеющего следы медицинских манипуляций, направлен в морг (т.1 л.д.116-119);

- протоколом проверки показаний подозреваемого Митрошина А.А. на месте, согласно которому участники следственного действия по маршруту, указанному подозреваемым Митрошиным А.А., прибыли к кафе «Наш двор», расположенному по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д. 4 «а», где Митрошин А.А. пояснил, что именно в указанном кафе он совместно с ФИО1 и ФИО13 26.06.2016 распивал спиртные напитки. После этого подозреваемый указал на направление, в котором он пошел совместно с ФИО1 и ФИО13, после того как из-за агрессивного поведения ФИО1, по просьбе хозяина кафе «Наш Двор», они вышли из помещения кафе на улицу. Далее подозреваемый Митрошин А.А. указал на участок местности, расположенный около д. 4 «а» по ул. Тепличная г. Воронежа, на котором он находился вместе с ФИО1, когда тот стал вести себя агрессивно, и когда Митрошин А.А. нанес ФИО1 один удар по левой щеке ладонью правой руки. Далее с использованием шарнирного манекена человека Митрошин А.А. указал место, где находился ФИО1 на момент, когда он нанес последнему удар, показал механизм нанесения удара ФИО1, указал, как именно ФИО1 упал (спиной на асфальт) и лежал после падения (т.1 л.д.150-161);

- копией карты вызова скорой медицинской помощи № от 26.06.2016, согласно которой в 01 час 19 минут в БУЗ ВО «ССМП» поступил вызов по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д. 6 «в» к ФИО1, который со слов окружающих упал, ударился головой об асфальт, употреблял алкоголь. Общее состояние ФИО1 тяжелое, кома I степени, видимые повреждения в затылочной области - гематома диаметром 8 мм, сознание снижено, реакция на боль занижена. Диагноз: «ушиб головного мозга, внутренняя гематома» (т.2 л.д.8);

- протоколом проверки показаний свидетеля ФИО13 на месте, согласно которому участники следственного действия прибыли по адресу, указанному свидетелем ФИО13, а именно к кафе «Наш двор», расположенному по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д. 4 «а», где ФИО13 пояснил, что в указанном кафе 26.06.2016, примерно в 01- 03 часа он со своими знакомыми ФИО1 и Митрошиным А.А. отдыхали и распивали спиртное. По просьбе управляющего кафе «Наш двор» они вышли на улицу, где прошли направо при выходе из кафе. Он расположился на расстоянии примерно 3-5 м от входа, где стал курить сигарету. ФИО1 и Митрошин А.А. прошли дальше в указанном направлении и расположились на расстоянии 1-2 м от него рядом с дорожным знаком «парковка», у бордюра, справа сзади него, в результате чего ФИО13 не видел их. В какой-то момент он услышал звук «хлопок», похожий на удар, в результате чего обернулся направо - в сторону расположения ФИО1 и Митрошина А.А., где увидел Митрошина А.А., расположенного к нему спиной, который закрывал собой ФИО1 За Митрошиным А.А. он увидел руки ФИО1, которыми тот взмахнул, после чего упал. Когда он подошел к ФИО1, то увидел, что тот лежит на асфальте (т.2 л.д.153-161);

- актом судебно-медицинского исследования трупа № от 22.09.2016 и заключением эксперта № от 25.10.2016, о том, что причиной смерти ФИО1 явилась черепно-мозговая травма, включающая в себя ушиб головного мозга, субархноидальные (под мягкие оболочки головного мозга) и субдуральные (под твердую оболочку головного мозга) кровоизлияния, перелом основания черепа. Тяжесть травмы в раннем посттравматическом периоде была обусловлена травматическим отеком головного мозга и самой травмой, сопровождавшейся комой I-II. В последующем, при течении травматической болезни ФИО1 развивались закономерные гнойные осложнения в виде гнойного трахеобронхита, двусторонней (нижнедолевая правосторонняя, тотальная левосторонняя) крупноочаговой фибринозно-гнойной пневмонией с острыми абсцессами в левом легком и острого респираторного дистресс-синдрома взрослых, утяжелившие ее течение. В последующем, вследствие нарушения компенсаторных функций организма, развилось закономерное осложнение в виде дыхательной недостаточности тяжелой степени, являющимся угрожающим для жизни состоянием и в данном случае непосредственно приведшим к наступлению смерти.

Данный вывод основан на данных (клинической картине и результатах дополнительных исследований) полученных из медицинской карты, а также обнаружении при судебно-медицинском исследовании трупа:

-повреждений, опасных для жизни человека, создающих непосредственную угрозу для жизни в виде ушиба головного мозга, субарахноидальных (под мягкие оболочки головного мозга) и субдуральных (под твердую оболочку головного мозга) кровоизлияний, перелома основания черепа;

- клинической (стволовой и очаговой) симптоматики, характеризующей угрожающее для жизни состояние (кома II) и морфологических эквивалентов данного состояния в виде травматического отека и дислокации головного мозга, гнойных осложнений в виде гнойного трахеобронхита, двусторонней (нижнедолевая правосторонняя, тотальная левосторонняя) крупноочаговой фиброзно-гнойной пневмонии с острыми абсцессами в левом легком и острого респираторного дистресс-синдрома взрослых, приведших к развитию угрожающего жизни состояния (дыхательной недостаточности тяжелой степени), которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью.

Согласно представленной копии акта № судебно-медицинского исследования трупа ФИО1, в которой имеются данные из медицинской карты № стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1» на основании отсутствия пульсации на крупных артериях, отсутствия сознания, расширения зрачков без реакции на свет, изменения цвета кожных покровов, отсутствия артериального давления и тонов сердца биологическая смерть ФИО1 констатирована 01.09.2016 в 19 часов 05 минут.

При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 и представленной медицинской карты № стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБСМП №1», кроме следов медицинских манипуляций, обнаружены следующие повреждения:

-ушиб головного мозга на уровне полюса левой височной доли;

-субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияния на уровне нижней поверхности левой лобной доли;

-субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияния на уровне верхней поверхности левой теменной доли;

-субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияния на уровне наружной и нижней поверхностей левой височной доли;

-субарахноидальное (под мягкие оболочки головного мозга) кровоизлияния на уровне верхненаружной и нижней поверхностей левой затылочной доли;

-субдуральное кровоизлияние (под твердую оболочку головного мозга) справа;

-субдуральное кровоизлияние (под твердую оболочку головного мозга) слева;

-перелом затылочной кости и правой височной кости;

-кровоподтек в затылочной области.

Все повреждения, обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупа прижизненные, о чем свидетельствует наличие кровоизлияний в их зоне и данные медицинской документации.

Все повреждения причинены при действии тупого предмета(ов), что подтверждается закрытым характером повреждения черепа, головного мозга и его оболочек, видом повреждения (кровоподтек).

Морфологические особенности повреждений, отраженные в представленной копии акта судебно-медицинского исследования трупа, в котором имеются данные из медицинской карты, а именно багрового цвета припухлость в затылочной области, структура кровоизлияния под твердой мозговой оболочкой (жидкая кровь темно-красного цвета и ее плотноэластичные свертки крови) описанная в ходе операции, позволяют полагать, что все повреждения в области головы могли образоваться незадолго до времени поступления ФИО1 в БУЗ ВО «ВГКБСМП №1».

При жизни повреждения, обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 квалифицировались бы в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку вреда здоровью опасного для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и вызвавшие расстройство жизненно важных функции организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (дыхательная недостаточность тяжелой степени), в данном случае привели к наступлению смерти (т.3 л.д.30-43);

- заключением эксперта № от 25.10.2016, согласно которому, обнаруженная черепно-мозговая травма является характерной для одномоментного образования при падении и соударении задними отделами головы с преобладающей поверхностью. Данный вывод основывается на результатах проведенного сравнительного анализа, при котором выявлено совпадение существенных компонентов механизма образования повреждений в области головы, установленного при проведении судебно-медицинского исследования трупа, с механизмом образования повреждений отраженным в материалах дела (т.3 л.д.61-74);

Смотреть все судебные практики о Приговоры судов по ст. 109 УК РФ Причинение смерти по неосторожности

- заключением эксперта №.16 от 24.11.2016, согласно которому решение вопроса о возможности образования повреждений по тому или иному механизму предполагает экспертное исследование предлагаемой следствием версии, которая должна содержать детальную информацию об условиях причинения повреждений, (в рассматриваемом случае - характеристика поверхности, траектория движения тела, положение тела при соударении о грунт или его покрытие, высота падения, наличие преград по ходу траектории падения, подробного описании рельефа травмирующей поверхности и т.д.). В связи с тем, что представленные материалы дела не содержат вышеперечисленных сведений, характеризующих возможное падение потерпевшего с велосипеда, данный вопрос является исключительно теоретическим, провести необходимый для его решения сравнительный анализ не представляется возможным. Исходя из указанного времени, в которое могло произойти предполагаемое падение с велосипеда, данный вопрос также невозможно решить, так как существующие критерии определения давности причинения черепно-мозговой травмы не позволяют установить время причинения повреждений с требуемой точностью и, как следствие, исключить или подтвердить версию следствия о том, что повреждения могли быть причинены в период времени с 11 часов до 15 часов 25.06.2016.

Вместе с тем, эксперты считают необходимым обратить внимание на тот факт, что у потерпевшего при обследовании в лечебном учреждении был выявлен ушиб головного мозга тяжелой степени. Для ушиба головного мозга тяжелой степени характерна утрата сознания и потеря способности к активным целенаправленным действиям непосредственно после его причинения, длящаяся в течение времени, исчисляемого многими часами и сутками. Иными словами, потерпевший, наиболее вероятно, в случае причинения подобной травмы головы, должен был утратить сознание уже на месте предполагаемого падения с велосипеда. Фактически же, документально отмеченная утрата сознания произошла после причинения потерпевшему повреждений в период времени с 23 часов 00 минут 25.06.2016 до 02 часов 00 минут 26.06.2016.

В медицинской документации на имя ФИО1 из БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» имеется указание на наличие у него при поступлении осаднений (что тождественно ссадинам) в области верхней губы и кистей рук.

Для образования ссадины необходима сила травматического воздействия до 160 Н (16 кгс), что согласно классификации А.В. Капустина соответствует небольшой силе удара.

Поскольку при падении ФИО1 произошло соударение задними отделами головы, возможность травмирования области лица, а, следовательно, и образования каких-либо повреждений в области губ и (или) левой щеки, исключается.

Экспертные критерии, которые позволили бы установить причину падения, в конкретном случае отсутствуют. Вместе с тем эксперты считают необходимым отметить, что причиненная ФИО1 травма является не только инерционной, то есть полученной при падении, но и содержит признаки приданного ускорения за счет воздействия в область лица, что для самопроизвольного падения не характерно.

Из причиненных 09.05.2015 повреждений тяжким, опасным для жизни являлся только перелом основания черепа, который относится к данной категории не за счет анатомических характеристик и самого факта его причинения, а за счет высокой вероятности развития смертельных осложнений в посттравматическом периоде. Каких-либо возможных осложнений перелома за весь период лечения пациента зафиксировано не было, ФИО1 был выписан в удовлетворительном состоянии, медицинских документированных сведений об ухудшении его состояния в последующий период времени не имеется. Таким образом, отсутствуют основания для установления причинно-следственной связи между травмой, причиненной 09.05.2015 и наступлением смерти 01.09.2016. Остальные причиненные 09.05.2015 повреждения не относятся к категории опасных для жизни и не могут находиться в какой-либо связи с наступлением смерти (т.3 л.д.104-123);

- заключением эксперта № от 23.12.2016, согласно которому на разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

            Могли ли телесные повреждения в области головы ФИО1, повлекшие его смерть, образоваться в результате падения ФИО1 по собственной неосторожности с бордюра высотой 20 см, с опрокидыванием головы назад и соударением с твердой поверхностью земли?

            В случае, если ФИО1 по собственной неосторожности оступился на бордюре и, упав спиной назад, получил повреждения в области головы, повлекшие его смерть, можно ли расценивать указанное падение при данных обстоятельствах, как падение с приданным ускорением?

            Согласно показаниям Митрошина А.А., он нанес несильный удар правой ладошкой руки по левой щеке ФИО1 После полученного удара ФИО1 несколько секунд постоял, после этого попытался подойти к нему, оступился и стал пятиться назад, то есть заваливаться назад, упал на асфальт и ударился головой, а именно затылком об бордюр. Возможно ли причинение повреждений в области головы ФИО1, повлекших его смерть, при указанных выше обстоятельствах?

            Имеется ли причинно-следственная связь между ударом Митрошина А.А. и падением ФИО1, в результате которого последний получил травму головы, повлекшую его смерть?

5) Какое количество травматических воздействий было причинено ФИО1?

Эксперты находят возможным обратить внимание, что необходимым условием образования комплекса повреждений, которые были обнаружены при исследовании трупа, является запрокидывание головы. Удар ладонью в область щеки к запрокидыванию головы привести не может. А указаний на воздействия иных характера и локализации, которые могли бы привести к запрокидыванию головы и придать ускорение (в частности удар в области верхней губы), в условиях вопросов №№ 1,3 не содержится.

Таким образом, при условиях, описанных в вопросах №№ 1,3 повреждения, повлекшие смерть ФИО1, образоваться не могли.

Описанные в вопросе №2 условия падения нельзя трактовать как приданное ускорение.

Необходимо подчеркнуть, что судебно-медицинские эксперты оценивают связь исключительно между медицинскими фактами (в частности между повреждениями и причиненным вредом здоровью). Вопрос о причинно-следственной связи между социальными явлениями, действиями, воздействиями граждан и наступившим исходом выходит за пределы компетенции судебно-медицинской экспертной комиссии. Исходя из вышесказанного, с медицинской точки зрения, причинно-следственная связь усматривается между комплексом повреждений, полученных при падении с соударением затылочной областью (перелом затылочной кости, очаги ушибы головного мозга и кровоизлияние под его твердую мозговую оболочку), и наступлением смерти.

Ударное воздействие в область лица само по себе не влекло за собой образования повреждений костей черепа, головного мозга и его оболочек, в связи с чем с медицинской точки зрения в причинно-следственной связи с наступлением смерти не находится, но в рассматриваемом случае явилось необходимым условием падения.

Количество и взаимная локализация повреждений, соответствующих точкам приложения травмирующей силы (ссадина на верхней губе и перелом затылочной кости), позволяет считать, что для их причинения достаточно двух травматических воздействий - в область верхней губы и в затылочную область (т.3 л.д.157-179);

- заключением эксперта № от 17.01.2017, согласно которому положение головы ФИО1 в момент соударения (запрокинутое), а также наличие и локализация ссадины (в области верхней губы) свидетельствуют о том, что в рассматриваемом случае имело место нанесение ударного воздействия в область нижних отделов лица спереди, в перпендикулярном или близком к таковому направлении.

Формулировка «после нанесенного ему удара в лицо несколько секунд стоять» подразумевает сохранение потерпевшим равновесия после нанесения удара, при этом нескольких секунд должно быть более чем достаточно для приведения головы в исходное положение, в случае если она была запрокинута за счет нанесения удара в лицо. В этом случае, то есть, если бы падение было отсрочено по времени после нанесения удара и являлось бы самопроизвольным, признаки травмы, характерные для дополнительно приданного ускорения, отсутствовали бы. Сам факт того, что падение ФИО1 произошло при запрокинутой голове, а к ее запрокидыванию привел удар в область лица, свидетельствует о том, что нанесение удара и падение составляли единый неразрывный во времени процесс (т.3 л.д.198-218);

- протоколом осмотра места происшествия - участка местности в районе кафе «Наш двор», расположенного по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д. 4 «а». Участок местности расположен между домами № 1, 4, 6 «б», 6 «в», 6 «г» (т.4 л.д.1-2);

               - протоколом выемки у потерпевшей ФИО3 CD-диска, содержащего видеозапись с видеокамеры, расположенной с внешней стороны здания кафе «Наш двор» (т.4 л.д.8-11);

               - протоколом осмотра предметов: оптического CD-диска, содержащего видеозапись с видеокамеры, расположенной с внешней стороны здания кафе «Наш двор», изъятый в ходе выемки у ФИО3 Диск содержит видео-файлы с названиями, на которых изображен вход в кафе «Наш двор», расположенное по адресу: г. Воронеж, ул. Тепличная, д.4 «а». Видео-файл начинается в 02 часа 13 минут 00 секунд 26.06.2016. В 02 часа 13 минут 22 секунды на картине видеозаписи появляется мужчина, который подходит ко входу в вышеуказанное кафе, открывает дверь и проходит внутрь. В 02 часа 13 минут 44 секунды данный мужчина выходит из помещения кафе также с бокалом, и проходит в часть территории, расположенной за нижним краем картины видеозаписи (т.4 л.д.12-14);

        - протоколом выемки в БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» медицинской карты № на имя ФИО1 (т.4 л.д.21-26);

        - протоколом выемки в БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» медицинской карты стационарного больного № на имя ФИО1 (т.4 л.д.32-36);

                  - протоколом осмотра предметов - медицинской карты стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» № на имя ФИО1, из содержания которой следует что ФИО1 поступил на лечение 09.05.2015 и был выписан 21.05.2015, и медицинской карты стационарного больного БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1» № на имя ФИО1, из содержания которой следует, что ФИО1 поступил на лечение 26.06.2016, умер 01.09.2016. Согласно листу первичного осмотра от 26.06.2016, у ФИО1 имелись следующие внешние повреждения: припухлость, кровоподтек багрового цвета затылочной области, осаднения верхней губы, кистей рук (т.4 л.д.37-44).

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № от 19.08.2016 Митрошин А.А. хроническим психическим расстройством, слабоумием, временным психическим расстройством, лишавшим его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, не страдал. У подэкспертного обнаруживались тогда и имеются в настоящее время признаки эмоционально неустойчивого расстройства личности (психопатии). Как показывает анализ материалов уголовного дела и данных настоящего клинического психиатрического обследования, указанные изменения психики Митрошина А.А. выражены не столь значительно и не лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он также не находился и в состоянии временного психического расстройства, был способен осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Психологический анализ материалов уголовного дела, данные направленной беседы и результаты настоящего экспериментально-психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что в момент совершения преступления Митрошин А.А. в состоянии физиологического аффекта или иного эмоционального состояния, способного существенно повлиять на его сознание и деятельность, не находился (т.3 л.д.262-264).

          Давая оценку доказательствам по делу, суд принимает во внимание, что все представленные доказательства исследовались в судебном заседании, существенных нарушений при их получении, влекущих признание их недопустимыми доказательствами, не установлено, и суд приходит к выводу, что все приведенные выше доказательства являются допустимыми, а их совокупность достаточна для вынесения в отношении Митрошина А.А. обвинительного приговора.

           Все имеющиеся противоречия в заключениях экспертов были устранены в ходе допросов экспертов.

           Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях подсудимого состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, являются необоснованными.

Вина Митрошина А.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, подтверждается исследованными в судебном заседании и изложенными выше доказательствами, совокупность которых подтверждает факт нанесения подсудимым во время конфликта удара потерпевшему в нижнюю часть лица, от чего тот упал на асфальт, ударился головой, получив в результате удара телесные повреждения, повлекшие его смерть.

           Подсудимый не отрицал, что находился вместе с потерпевшим в том месте, где тот упал, не отрицал конфликта между ними, в ходе которого им было осуществлено ФИО1 в область лица определенное воздействие, после которого тот упал и ударился головой. Однако, подсудимый отрицал наличие причинно-следственной связи между его действиями и падением ФИО1 Из его первоначальных показаний следует, что в нижнюю часть лица он ФИО1 удара не наносил, только хлопнул его слегка ладонью по левой щеке, чтобы успокоить, от чего ФИО1 закачался, но некоторое время, исчисляемое секундами, стоял, а затем, споткнувшись о бордюр, упал и ударился головой об асфальт. Эти показания он подтвердил и в ходе проверки показаний на месте. В судебном заседании Митрошин А.А. стал утверждать, что когда он нанес ФИО1 пощечину, тот постояв несколько секунд, шагнул в его сторону, подняв руки, оттолкнулся от него и стал падать, он успел ухватить ФИО1 за майку, от чего у того могло произойти запрокидывание головы, но удержать ФИО1 не смог и тот упал.

Вместе с тем, его показания опровергаются изложенными выше доказательствами.

Так, из показаний свидетеля ФИО13 следует, что услышав звук удара, он обернулся в сторону Митрошина А.А. и ФИО1 и увидел, что ФИО30 падает, а Митрошин А.А. вытянул руки, пытаясь схватить ФИО1, но не успел, что опровергает доводы подсудимого о том, что он схватил ФИО1 за майку, от чего у того произошло запрокидывание головы.

Из заключения эксперта № следует, что сам ФИО1 упасть не мог, поскольку причиненная ФИО1 травма содержит признаки приданного ускорения за счет воздействия в область лица, что для самопроизвольного падения не характерно. Похожий вывод содержится и в заключении эксперта №, из которого следует, что телесные повреждения в области головы ФИО1, повлекшие его смерть, в результате падения ФИО1 по собственной неосторожности с бордюра, и при обстоятельствах, указанных Митрошиным А.А., образоваться не могли.

Согласно этого же заключения эксперта необходимым условием образования комплекса повреждений, которые были обнаружены при исследовании трупа, является запрокидывание головы, а удар ладонью по щеке к запрокидыванию головы привести не может, необходимым условием падения явилось ударное воздействие в область лица.

Согласно заключению эксперта № положение головы ФИО1 в момент соударения (запрокинутое), а также наличие и локализация ссадины (в области верхней губы) свидетельствуют о том, что в рассматриваемом случае имело место нанесение ударного воздействия в область нижних отделов лица спереди, в перпендикулярном или близком к таковому направлении.

Также заключение эксперта опровергает доводы подсудимого о том, что ФИО1 после удара по лицу стоял несколько секунд, поскольку в этом случае, то есть, если бы падение было отсрочено по времени после нанесения удара и являлось бы самопроизвольным, признаки травмы, характерные для дополнительно приданного ускорения, отсутствовали бы. Сам факт того, что падение ФИО1 произошло при запрокинутой голове, а к ее запрокидыванию привел удар в область лица, свидетельствует о том, что нанесение удара и падение составляли единый неразрывный во времени процесс.

Эксперты ФИО31 и ФИО32 подтвердили указанные выводы экспертиз в своих показаниях в судебном заседании.

Так, из показаний эксперта ФИО31 следует, что локализация и характер обнаруженных у ФИО1 телесных повреждений свидетельствуют о том, что при падении ФИО1 имело место запрокидывание головы. Если бы он упал с бордюра, попятился, он бы запрокидывание головы не получил, поскольку голова запрокидывается, если ей придается ускорение от удара в лицо. Если удар был нанесен по телу, то ускорение придается телу, и в этом случае голова не запрокидывается, а человек падает всем телом. Также если человек бьется своим подбородком о тело другого человека, он перемещается весь, а запрокидывание головы происходит только от удара по голове, когда тело неподвижно, а голова запрокидывается.

Также, если человек находится в состоянии алкогольного опьянения и сам падает в расслабленном состоянии, запрокидывания головы не происходит.

          Из показаний эксперта ФИО32 в судебном заседании также следует, что травма ФИО1 была получена при падении с приданым ускорением и запрокинутой головой. Направление травмирующей силы при пощечине по левой щеке будет слева направо, а в данном случае направление было спереди назад, как при ударе в нижнюю часть лица, от удара по щеке запрокидывание головы произойти не могло.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что запрокидывание головы у ФИО1 произошло не самостоятельно, по каким-то объективным причинам, как на то указывает сторона защиты, а именно от действий Митрошина А.А., нанесшего потерпевшему в ходе конфликта удар в нижнюю часть лица, приведший его к запрокидыванию головы, падению и получению телесных повреждений, повлекших его смерть, т.е. действия Митрошина А.А. находились в причинной связи с наступлением последствий в виде смерти ФИО1

          Доводы Митрошина А.А. о том, что ссадина в области верхней губы была получена ФИО1 не от его действий, а при других обстоятельствах, ничем объективно не подтверждаются, данных, свидетельствующих о возможности получения ссадины при иных обстоятельствах не установлено.

Свидетель ФИО33, прибывший со скорой помощью на место происшествия, пояснил, что не помнит, были у ФИО1 телесные повреждения в области губ, в связи с чем его показания не могут являться доказательством отсутствия данного телесного повреждения.

Как следует из материалов дела, данное телесное повреждение описано при поступлении больного в стационар, и как следует из показаний свидетеля ФИО27, если данное телесное повреждение указано при описании, значит, оно было получено до проведения с больным медицинских манипуляций.

Кроме того, наличие или отсутствие ссадины само по себе не опровергает выводы экспертов о механизме травматического воздействия в нижнюю часть лица, приведшего к падению ФИО1 и получению телесных повреждений при указанных в обвинении обстоятельствах.

Доводы подсудимого о том, что травму головы ФИО1 мог получить в другом месте, например, при падении с велосипеда или пока они с ФИО13 находились в кафе, не могут быть приняты во внимание, поскольку согласно выводов заключения эксперта № у потерпевшего при обследовании в лечебном учреждении был выявлен ушиб головного мозга тяжелой степени, для которого характерна утрата сознания и потеря способности к активным целенаправленным действиям непосредственно после его причинения, длящаяся в течение времени, исчисляемого многими часами и сутками. Иными словами, потерпевший, наиболее вероятно, в случае причинения подобной травмы головы, должен был утратить сознание уже на месте предполагаемого падения с велосипеда. Фактически же, документально отмеченная утрата сознания произошла после причинения потерпевшему повреждений в период времени с 23 часов 00 минут 25.06.2016 до 02 часов 00 минут 26.06.2016.

          К показаниям свидетеля ФИО13 о том, что ФИО1 после удара какое-то время стоял, суд относится критически, поскольку они опровергаются показаниями эксперта ФИО32, отрицавшего возможность потерпевшим после получения удара и приданого его телу ускорения какое-то время стоять, и, учитывая его дружеские отношения с подсудимым, расценивает их, как данные с целью помочь ему смягчить ответственность за содеянное.

          Остальные показания свидетеля ФИО13, а также показания перечисленных свидетелей суд принимает во внимание, поскольку они последовательные, согласуются с другими доказательствами по делу и у них нет оснований для оговора подсудимого.

          Учитывая изложенное, суд критически относится к показаниям подсудимого, и расценивает их, как данные с целью избежания ответственности за содеянное.

Оснований для квалификации действий осужденного по более тяжкой статье, устанавливающей уголовную ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего его смерть, не имеется, поскольку исследованные доказательства (показания свидетелей, письменные материалы дела, в том числе заключения судебно-медицинских экспертиз) в своей совокупности прямо указывают на то, что подсудимый, нанеся удар потерпевшему в область лица, не предвидел возможности наступления таких опасных последствий своих действий как смерть потерпевшего, хотя при должной внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть эти последствия, т.е. причинил смерть по неосторожности.

Суд квалифицирует действия Митрошина А.А. по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.

Оснований для иной юридической оценки действий осужденного суд не находит.

При назначении наказания Митрошину А.А. суд принимает во внимание совершение Митрошиным А.А. впервые преступления небольшой тяжести при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств и, учитывая требования ч. 1 ст. 56 УК РФ, считает невозможным назначение ему наказания в виде лишения свободы.

При назначении наказания Митрошину А.А. суд учитывает данные о личности Митрошина А.А., который не судим, на учете у врача нарколога и психиатра не состоит, характеризуется удовлетворительно, учитывает семейное положение, состояние здоровья подсудимого и членов его семьи, учитывает смягчающее наказание обстоятельство <данные изъяты> <данные изъяты>, а также признает смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, а также учитывает отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Кроме того, при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления небольшой тяжести, учитывает обстоятельства дела, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, и считает необходимым назначить подсудимому Митрошину А.А. наказание в виде ограничения свободы.

Поскольку при рассмотрении дела не установлено активных действий виновного, направленных на сотрудничество с правоохранительными органами, суд не находит в действиях подсудимого смягчающего наказание обстоятельства – активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

            Исключительных обстоятельства, а также обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного Митрошиным А.А. преступления, не установлено, в связи с чем, оснований для применения требований, предусмотренных ст. 64 УК РФ, назначения более мягкого наказания, изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, не имеется.

Суд полагает необходимым удовлетворить гражданский иск потерпевшей ФИО2 в полном объеме, поскольку он обоснован, подтверждается материалами дела, соответствует характеру причиненных потерпевшей нравственных и моральных страданий, связанных с утратой супруга, и учитывает при этом наличие у потерпевшей на иждивении двоих малолетних детей, а также требования разумности и справедливости.

Гражданские иски потерпевшей ФИО3 и гражданского истца ФИО4 о взыскании с подсудимого денежной компенсации за причиненный моральный вред с учетом причиненных нравственных и физических страданий, а также с учетом разумности и справедливости, подлежат частичному удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из требований ст.ст.110, 151 ГК РФ, и учитывает также материальное положение подсудимого, являющегося трудоспособным.

Исковые требования потерпевшей ФИО3 и гражданского истца ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, обоснованны, расходы на погребение, организацию похорон и оплату услуг представителя подтверждены материалами дела, в связи с чем гражданские иски потерпевшей ФИО3 и гражданского истца ФИО4 в указанной части подлежат полному удовлетворению, учитывая при этом материальное положение подсудимого и его семьи.

            Оснований для освобождения подсудимого от уплаты процессуальных издержек и возмещения их за счет средств федерального бюджета суд не находит.

             На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ

Признать Митрошина Алексея Алексеевича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год 10 (десять) месяцев.

Установить осужденному следующие ограничения: не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, а также не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования – г.о. г. Воронеж.

Обязать Митрошина А.А. 1 раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных.

Контроль за поведением Митрошина А.А. возложить на филиал ФКУ УИИ УФСИН России по Воронежской области по месту жительства осужденного.

Меру пресечения Митрошину А.А. до вступления приговора в законную силу оставить прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскать с Митрошина Алексея Алексеевича в пользу ФИО2 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, удовлетворив в полном объеме гражданский иск потерпевшей о взыскании с подсудимого в ее пользу денежной компенсации за причиненный ей преступлением моральный вред.

Взыскать с Митрошина Алексея Алексеевича в пользу ФИО3 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, удовлетворив частично гражданский иск потерпевшей о взыскании с подсудимого в ее пользу денежной компенсации за причиненный ей преступлением моральный вред.

          Взыскать с Митрошина Алексея Алексеевича в пользу ФИО3 процессуальные издержки в сумме 200 000 (двести тысяч) рублей, выплаченные потерпевшей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Взыскать с Митрошина Алексея Алексеевича в пользу гражданского истца ФИО4 200 000 (двести тысяч) рублей, удовлетворив частично гражданский иск ФИО4 о взыскании с подсудимого в ее пользу денежной компенсации за причиненный ей преступлением моральный вред.

Взыскать с Митрошина Алексея Алексеевича в пользу гражданского истца ФИО4 44150 (сорок четыре тысячи сто пятьдесят) рублей и 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, удовлетворив гражданский иск ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением.

Вещественные доказательства:

    - оптический СД-диск с камер видеорегистратора, хранящийся при уголовном деле, - оставить при уголовном деле;

    - медицинскую карту стационарного больного № на имя ФИО1, медицинскую карту стационарного больного № на имя ФИО1,, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Советскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области, - возвратить БУЗ ВО «ВГКБ СМП №1»;

    Приговор может быть обжалован в Воронежский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также пользоваться помощью защитника.

Председательствующий                                                         Л.Н. Винокурова

Юридическая консультация при поддержке МинЮст России бесплатно!
Юридическая консультация при поддержке МинЮст России бесплатно! Консультация по убийствам с 1 по 10 декабря 1000 руб. бесплатно
Схема работы
  • 01

    Бесплатная консультация

  • 02

    Заключение договора

  • 03

    Представительство в суде

  • 04

    Победное решение

Бесплатная юридическая консультация
+7
Задать вопрос Юрист перезвонит в течение 5 минут
Нажимая кнопку «Задать вопрос», вы принимаете условия
политики обработки персональных данных.

Заявка успешно отправлена!

В ближайшее время с вами свяжется наш юрист и проконсультирует вас.